Книга Путь Строителя 10, страница 101 – Алексей Ковтунов

Вот она, третья ступень в деле. Система при трансформации четко обозначила, что пассивное считывание структуры материалов теперь доступно при физическом контакте, и Основу для этого пропускать не обязательно. А копье, которым я только что ткнул ствол, вполне себе проводник, и через него я увидел то, что не увидел бы даже за десять единиц Основы на анализ.

Возможности эти работают только с материалами, разумеется, а не с живыми существами. Но суть в том, что ствол гнилохода и есть материал, гниль в чистом виде, и она для моего нового восприятия полностью проницаема. Каналы и полости внутри, всё перед глазами, стоит только держаться за предмет, который касается поверхности.

А увиденное оказалось забавным. Гнилоход не такой уж и большой, вернее, дерево здоровенное, а вот тот, кто в нем сидит, не больше обычного бревна того же частокола. Где-то в середине ствола, среди бесконечных слоев трухи и дряблой мякоти, обнаружился паразит.

Червяк, если можно так назвать нечто с множеством отростков, часть которых протянулась наверх и стала щупальцами, а другая часть проросла вниз до корней и управляет передвижением. Древесина вокруг него служит броней, трухля гасит любой удар, и добраться до паразита обычным оружием не получится, можно хоть сутки рубить этот ствол, до червя не докопаешься.

Но тварь эта заселилась в дерево не с рождения. Червь прогрыз нору в стволе, забрался внутрь и обжился, а входное отверстие до сих пор на месте. Нора, конечно, частично затянута трухой и обросла отростками, но канал сохранился, и располагается он примерно на уровне глаз, если стоять на стене и смотреть прямо перед собой.

— А ну-ка потыкайте его пока, — сунул копье Тобасу и отступил на шаг, а то у него копье уже отобрали. Точнее, щупальцы задели древко и остался у Тобаса один наконечник.

— А ты чего? — он перехватил оружие и уставился на меня.

— Да есть одна идейка…

Тобас вопросов задавать не стал, развернулся и принялся тыкать наконечником в ствол, а рядом с ним еще двое кололи щупальца, заставляя их дергаться хоть на мгновение.

Побежал за фофаном, его просили где-то на южном участке стены, значит и искать там. Спрыгнул с лестницы на землю и рванул через деревню, перепрыгивая через обломки и огибая завалы. Несколько домов у восточной стены разнесены вдребезги и по развалинам видны следы боя, в котором явно участвовали практики. Земля перепахана, одна стена обрушена полностью, и рядом чернела воронка глубиной по колено.

Слева промчались двое с носилками, на которых лежал раненый, укрытый чьей-то курткой. Справа у колодца женщина наполняла ведра и передавала по цепочке куда-то в сторону стены. Лязг и крики не стихали ни на секунду, сплошной гул сражения, к которому уже начинаешь привыкать за невозможностью его игнорировать.

Обогнул дом старосты и вырвался к юго-восточному участку, где обнаружилось зрелище, при виде которого пришлось сбавить шаг.

Судя по всему, здоровенное стадо кабанов билось в одну точку стены так долго и упрямо, что куча из туш под частоколом выросла до самого парапета. По ней уже взбирались следующие, визжа и скользя по чужим тушам, а мужики наверху пытались баграми растаскивать тела и сбрасывать их обратно, но едва успевали за притоком.

Собственно, такое происходит не только здесь, на многих участках подобная картина. Мое внимание привлекло другое, здесь во главе обороны стоял Торб.