Книга Учить нельзя влюбить. Ловушка для целительницы, страница 131 – Мария Соник

Дверь открыл дворецкий, и я вошла в гостиную.

— Эйра, дорогая! — Мать всплеснула руками, увидев меня. Она была в своем лучшем платье — темно-бордовом, с жемчугом на шее, — и выглядела так, будто принимала не старых друзей, а королевскую семью. — Ты прекрасно выглядишь! Я же говорила, что это платье тебе идет. А прическа! Наконец-то ты привела себя в порядок!

— Здравствуй, мама, — сказала я, целуя ее в щеку. — Здравствуй, папа.

Отец, сидевший в кресле с газетой, поднял на меня глаза, кивнул и снова уткнулся в чтение. Его участие в этом обеде было чисто номинальным — он, как всегда, делал вид, что происходящее его не касается.

— Они уже здесь! — Мать понизила голос до театрального шепота. — Леди Монтгомери и Корнелиус. Они в столовой. Будь вежлива, улыбайся и, пожалуйста, не говори о своей учебе. Мужчинам не интересно слушать про какие-то там травы.

Я стиснула зубы и вошла в столовую.

Леди Монтгомери оказалась именно такой, какой я ее помнила: высокая, надменная, с прической в виде башни и бриллиантовыми серьгами размером с вишню. Она окинула меня оценивающим взглядом — от туфель до макушки, — и на ее лице расцвела улыбка, которая не затрагивала глаз.

— Эйра, милочка! — пропела она, протягивая мне руку для поцелуя. — Ты так выросла! И похорошела! Помню, была такой тощей девочкой, а теперь — настоящая леди!

— Спасибо, леди Монтгомери, — выдавила я, приседая в реверансе. — Вы тоже прекрасно выглядите.

— О, я знаю, — ответила она и повернулась к своему сыну. — Корнелиус, познакомься с Эйрой. Ты, наверное, помнишь ее — вы играли вместе в детстве.

Корнелиус поднялся из-за стола. Он был высоким, но каким-то нескладным, с узкими плечами и лицом, которое казалось бы симпатичным, если бы не выражение крайнего самодовольства. На нем был сюртук бутылочного цвета, жилет с золотыми пуговицами и монокль. Монокль. В двадцать три года. Я смотрела на него и не могла поверить, что мать всерьез рассматривает его как кандидата в мои женихи.

— Мисс Тайл, — произнес он, целуя мою руку. Его губы были влажными. Влажными. — Корнелиус Монтгомери, к вашим услугам. Вы очаровательны. Просто очаровательны. Я много слышал о вас от матушки.

— Надеюсь, только хорошее, — сказала я, выдергивая руку.

— Только хорошее, — подтвердил он, и его монокль блеснул на солнце. — Хотя, признаюсь, действительность превзошла ожидания. Вы еще прекраснее, чем я помнил.

Я улыбнулась. Той самой улыбкой, которую оттачивала годами на надоедливых студентах: вежливой, ледяной и обещающей мучительную смерть, если они не отстанут. Корнелиус, кажется, не заметил.

Обед превратился в пытку. На первое подали тыквенный суп, и я пыталась есть его медленно, чтобы занять рот и не отвечать на вопросы. Но Монтгомери не нуждались в моих ответах — они прекрасно справлялись сами.

— Корнелиус только что получил должность в Министерстве магии, — объявила леди Монтгомери, и ее голос звучал так, будто она сообщала о коронации. — Помощник младшего советника по распределению пергаментов. Это очень престижная позиция!

— Поздравляю, — сказала я.

— О, это только начало, — скромно заметил Корнелиус, поправляя монокль. — Через пару лет я планирую стать младшим советником. А там — и до старшего недалеко. Знаете, в Министерстве очень ценят таких, как я. Умных. Амбициозных. С хорошей родословной.