Книга Симбиоз. Моя чужая вина, страница 97 – Майя Фабер

— Шею бы теперь не свернуть, спускаясь и наступая на этот хлам, — ворчала Чарли.

— А чего сразу шею? — поддержал ее энтузиазм Финн. — Я и так каждый второй раз ногу подворачиваю.

— Да ты вообще никогда под ноги не смотришь…

— Смотрю.

— … и мне под мои не даешь смотреть.

— Да смотри сколько влезет, нашла проблему.

— То есть идти вперед и разбирать это все ты предлагаешь мне? — Она уперла руки в бока.

Том вообще не понял, из чего она сделала вывод, а вот Финн совсем не растерялся:

— Не-а, мы шефа первым пошлем. Он же мягкий!

Скрыть улыбку Чарли не смогла. Том счел момент подходящим и выскользнул на улицу, где его и настиг недовольный оклик:

— Куда тебя понесло?

— Отойду на минутку, — отозвался Том, глаза его блеснули ребяческой бунтарской радостью.

— Болван! — крикнула Чарли вслед. — Блокираторы работают, только пока тебя никто не видит, до первого полицейского дрона. Просканируют — больше не отпустят.

Стоило двери захлопнуться за спиной Тома, как меня накрыло уже знакомое едкое бешенство. Оно вспыхнуло с такой силой, что пришлось вцепиться ногтями в край стола, чтобы не сорваться следом и не устроить скандал прямо посреди улицы, где любой проклятый полицейский дрон мог с легкостью нас засечь.

Болван! Хотя нет, это слишком мягко. Том — не просто болван, он настоящий чемпион мира по самоубийственному идиотизму, упорно игнорирующий любые попытки здравого смысла проникнуть в его непробиваемую голову. Неужели так сложно понять, что все наши мучительные старания спрятаться рухнут из-за одной глупой выходки?

Я резко выдохнула сквозь зубы, оттолкнулась от стола и повернулась к открытому люку. Там, словно в насмешку, уже образовалась настоящая куча мусора из всего, что мы в панике и спешке швыряли вниз. От одного вида этого хаоса настроение стремительно рухнуло куда-то в область абсолютного нуля. Ненавижу беспорядок. Особенно такой, который красноречиво намекал, что мы окончательно потеряли контроль над ситуацией.

Финн явно почувствовал перемену в атмосфере и, прекратив свои дурацкие шуточки, начал неуверенно переминаться с ноги на ногу. Он с тревогой наблюдал за мной, будто пытаясь угадать, насколько близка я к очередному взрыву.

— Чарли? Э-э… все нормально? — спросил он с опаской, словно я была бомбой замедленного действия, способной разнести убежище на атомы от одного неосторожного слова.

Я повернулась к нему, и сарказм в моем голосе был острее ножа:

— О, конечно, Финн! Все просто восхитительно! Мир катится прямиком в ад, Том отправился на расслабленную прогулку прямо под камеры слежения, а шеф опять включил режим загадочного мудреца. Идеальный день, не находишь?

Финн пару секунд растерянно хлопал глазами, затем виновато пожал плечами и принялся ногой ковырять гору вещей возле люка, усиленно изображая бурную деятельность.

— Ну, шеф всегда такой, — пробормотал он, явно стараясь не попасть под перекрестный огонь. — А вот прогулки Тома меня тоже напрягают. Это ж реально опасно. О чем он вообще думает?

— Вот именно: ни о чем он не думает, — процедила я, с трудом удерживаясь, чтобы не запустить чем-нибудь в стену. — Иногда я вообще сомневаюсь, что у него есть такая способность.

Финн примолк, усиленно разглядывая коврик, который никак не хотел отлипать от стола. Его бесполезные попытки отвлечься выглядели настолько комично и жалко одновременно, что я на секунду почувствовала к нему жалость. Однако злость вернулась на свое место, не оставив места для сострадания.