Книга Ариран, страница 112 – Айская

Чховен явно намекал Лики, про аварию и про смерть сына Бэка пятнадцать лет назад, говоря о том, что это якобы месть. Око за око.

— Пошли вон отсюда, — Голос Лики был тихим, но в нем прозвучала такая ледяная ярость, что детектив невольно сделал шаг назад.

Она медленно подняла голову, и Чховен Кан Хун впервые увидел в её глазах не страх жертвы, а беспощадную решимость человека, которому больше нечего терять.

— Повторите еще раз, — Лика подалась вперед, игнорируя вспышку боли в ребрах. — Вы хотите сказать, что человек, который спас меня от вашего сына-психопата, — преступник? Вы стоите здесь, в государственной больнице, и пытаетесь переписать историю, пока ваш чмошный сынок, возможно, кормит рыб на дне реки?

— Госпожа Романова, выбирайте выражения, — холодно вставил детектив, поправляя галстук. — Мы лишь рассматриваем факты...

— Факты? — Лика сорвалась на крик, от которого Миён вздрогнула. — Факты в том, что на мне — следы от побоев вашего сынули! И если вы сейчас же не уберетесь из этой палаты, я клянусь: завтра каждое СМИ в этой стране, каждый блогер и каждый ваш политический оппонент получит подробный отчет о том, как «почтенный» Чховен Кан Хун покрывает похитителя и пытается очернить человека, который меня спас.

Она схватила со столика стакан с водой и с силой швырнула его в сторону двери. Стекло разбилось вдребезги у ног Чховена.

— Убирайтесь! — прошипела она. — Ваша репутация висит на волоске, господин политик. Одно мое слово — и ваши выборы превратятся в ваши похороны. Я не Бэк, я не буду играть по вашим правилам. Мне плевать на ваши деньги и связи. Если Сон Джин погиб...

Чховен Кан Хун сузил глаза. На мгновение его маска благородства треснула, обнажив истинное лицо — хищное и властное. Он посмотрел на осколки у своих ног, затем на дрожащую от гнева девушку.

— Вы совершаете ошибку, — тихо произнес он. — Эмоции — плохой советчик.

— Ошибка — это то, что вы всё еще здесь, — отрезала Лика, потянувшись к кнопке вызова персонала. — Детектив, выведите его, или я сейчас начну кричать так, что сюда сбежится вся пресса, дежурящая у входа.

Детектив, понимая, что ситуация выходит из-под контроля, коснулся локтя Чховена.

— Пойдемте, господин Кан. Ей нужно прийти в себя. Мы продолжим опрос позже.

Когда дверь за ними закрылась, Лика рухнула обратно на подушки. Её била крупная дрожь. Миён тут же обняла её, пытаясь согреть.

— Лика, ты с ума сошла... он же тебя уничтожит, — прошептала подруга.

— Мне уже плевать! — Лика закрыла глаза, и из-под век снова брызнули слезы. — Если Бэка нет... мне всё равно, что будет со мной. Но я не дам им очернить его имя. Только не это.

Миён осторожно поправила одеяло Лики, стараясь не задеть свежие ссадины.

— Знаешь, — Миён покачала головой, — ты просто отчаянная. Нахамить самому Чховену Кан Хуну... Я думала, у меня сердце остановится. Бэку чертовски повезло с такой красоткой. Ты за него горой, так же как и он за тебя, мне даже завидно вашим отношениям.

Лика горько усмехнулась, и эта усмешка отозвалась тупой болью в разбитой губе. Она взглянула на свое отражение в зеркале на стене.

— Красоткой? — саркастично переспросила она. — Миён, посмотри на меня. Я сейчас больше похожа на огромный одушевленный фингал с руками и ногами.

Миён не выдержала и прыснула со смеху.