Книга Нелюбимая для чемпиона. Осколки чувств, страница 1 – Марика Крамор

— Черкассов! — бьет мне в спину громогласный голос тренера. — Ты берега попутал, что ли⁈ Подошел!!!

Приказ, как удар хоккейной клюшки по борту, прорезает шум катка. Я резко разворачиваюсь, лед крошится под коньками. И снова обрушивается требовательный вопрос:

— Что с тобой?

— Ничего… — невинно пожимаю плечами.

В глазах Геннадия Викторовича нарастает опасная буря, которую я сам же и накликал.

Знаю, что играю ниже своих возможностей, но чертово колено ноет уже третью тренировку подряд, а я не могу это сейчас показать. В клинике возле дома сказали, что все нормально. К нашим же врачам обращаться чревато скамейкой запасных.

— Молчишь, паршивец⁈

— Я в порядке, — бросаю громко, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Просто разминаюсь.

— Разминаешься⁈ — тренер подкатывает ко мне так близко, что я вижу каждую морщину на его лбу. — Ты уже двадцать минут «разминаешься»! За это время отдал пасс в пустоту и чуть не устроил столкновение с собственным защитником! Марш к врачу!

— Но Геннадий Викторович! — возмущенно всплескиваю рукой, несдержанно повышая голос. — Ну…

— Пошел, я сказал! Пусть посмотрят, что у тебя с головой. Или с ногой.

Возмущение крепнет, обрастая кожей/наростами. Уйти со льда сейчас — все равно что покинуть тренировку.

— Геннадий Викторович, я же…

— Не слышу! — он отворачивается от меня, медленно отдаляясь, его решение окончательное. — К врачу! Живо! Пока я не отстранил тебя сам!

Вот же черт. Стискиваю зубы так, что челюсть сводит. Резко, почти яростно откатываюсь к борту, срываю с себя шлем. Лицо горит от ярости, а колено отвечает на эту злость тупой нудной болью.

Отбрасываю щитки в раздевалке и мчусь вперед по коридору, с силой пинаю дверь медкабинета. Та с грохотом распахивается.

И тут весь мой гнев натыкается на…

Кто это⁈

Она сидит за столом, уткнувшись в какие-то бумажки. Поднимает на меня глаза — большие, серьезные, без тени испуга, лишь раздражение проскальзывает в зрачках. Сама худенькая, в белом халате, который явно ей великоват. Волосы убраны в хвост, несколько темных прядей выбились и падают на щеку. Это даже не врач! Это… это… карикатура на врача! Что за идиотский маскарад⁈

Мысль, что именно она будет меня сейчас осматривать, когда у меня в голове гремит крик тренера и стучит кровь от ярости, добивает окончательно.

— Нормального врача мне позови! — рычу я, и голос звучит хрипло и грубо даже для моих ушей.

Она не моргает даже. Ее отстраненный взгляд равнодушно мажет по моей фигуре. Девчонка спокойна, как скала.

— Вы и так разговариваете с врачом.

Был бы в обмундировании, точно коньки б отбросил.

Смотрю на нее свысока, пытаясь своим видом заставить ее съежиться, но эта даже бровью не ведет.

— Ты? Ты на врача-то не похожа. Скорее на практикантку, которую послали за кофе. Так, еще раз: где доктор?

Она не отводит взгляда. В ее глазах твердеет холодное обжигающее спокойствие. Меня от этого сейчас просто унесет!

— Валентина Сергеевна ненадолго отлучилась. А меня прикрепили к ней для прохождения практики. Сейчас я начну первичный осмотр. На кушетку.

Я, кажется, на мгновение дар речи растерял. Это она… мне⁈

— Мне на лед выходить! — рычу уже всерьез, ладони с гулким хлопком сбиваются друг о друга. — И я не собираюсь доверять свое колено стажерке!