Книга Нелюбимая для чемпиона. Осколки чувств, страница 9 – Марика Крамор

— Угу, — бурчу себе под нос, отхожу в сторону.

Поднимаю голову и тут… замечаю ее. Аню! Она направляется к нам, в руках какие-то пакетики. И волосы распущены по плечам. Вау! В моем мире, где все решает грубая сила, выглядит девушка очень хрупкой и чужеродной.

— Опа, глядите, кого занесло! — раздается над ухом наглый голос Романа, уже пришедшего в себя. — Госпожа доктор, а ко мне можно? У меня тут сердце приуныло, ну осмотрела бы!

— И меня! — глумится Славка.

Ребята, уставшие и разгоряченные, подхватывают настрой.

Грубый мужской хохот вторит дерзкому предложению. Тренер отошел в сторону и переговаривается с ассистентами.

— Но сначала меня! — ржет Антон. — Я эту красоту еще в прошлый раз увидел!

— Надо же, какое зрение хорошее, — парирует Аня, но почему-то не слишком уверенно.

— Ууууу… — тут же реагируют ребята, мгновенно кучкуясь возле нее. Липнут как мухи, ей-богу!

Еще пара мужских «любезностей» повисает в воздухе, Ромка загораживает стажерке проход. Меня тут же обжигает волна раздражения.

Вообще-то, это я первый ее увидел. И мне не нравится, что пацаны так дерзко на нее облизываются.

Девушка замирает, обводя глазами игроков, пилит Ромку убийственным взглядом. Она пытается обойти его и сделать вид, что ей все равно, но я подмечаю, как багровеют ее щеки и белеют костяшки на руке, сжимающей пакетики.

— Да погоди ты! — лыбится Роман, он втрое мощнее Ани, и обойти его у девушки не получается. Она вынуждена остановиться. — Че, мож, на кофеек со мной? Я тебя вечерком домой отвезу.

Во мне что-то перемалывается. Это уже не просто досада. Это какое-то резкое обжигающее неприятное чувство. Роме по морде захотелось съездить!

— Слышь, Ромыч! Хорош трепаться! — голос мой звучит ровно, но так, что смешки обрываются.

— О, Назар! Ты что встреваешь? Твоя, что ли? — насмехается он, но ухмылка уже не такая легкая. В команде всегда есть конкуренция. И наши с Ромой интересы частенько пересекаются. — Или Веронички уже недостаточно?

— Ты за своими «вероничками» следи, — резко вклиниваюсь между ним и Аней, осторожно дергая ее назад. — У нее здесь просто практика. А ты ведешь себя, как обезьяна в зоопарке! Давай, марш в раздевалку.

Дышу я ровно, но внутри все клокочет.

— Я не понял, что за сходка! Разошлись, я же сказал! — приближается тренер. — Сегодня всем отдохнуть и выспаться!

Ребята переглядываются, кто-то недовольно бурчит, но шутить перестают.

Аня подходит к тренеру, протягивает ему пакетики, тихонько что-то поясняя. Я улавливаю только, что это от Валентины Сергеевны, в аптечку. В машину. Геннадий Викторович благодарно кивает.

Пацаны плавно перетекают в раздевалку, бросая на меня удивленные взгляды.

— Что случилось? — с нажимом уточняет тренер, оглядывая с ног до головы сначала Аню, потом меня. — Черкассов, тебе по шее дать?

Анна стоит, все такая же прямая и напряженная. И краснеет еще сильнее.

— Чем вас моя шея-то не устраивает, Геннадий Викторович? — всплескиваю руками.

— Вы тут разбирайтесь, а я домой пошла, — поясняет Аня торопливо, — в кабинете Валентина Сергеевна остается. Ну, это если что вдруг.

И роняет многозначительный взгляд на моего тренера.

Тот с пониманием кивает. Даже как будто улыбается. Тут до меня начинает доходить.

В смысле⁈ Что, реально⁈

— Я тогда тоже домой поехал, — кривляюсь, не в силах сдержаться. — Ну, пока Валентина Сергеевна еще в кабинете.