Книга Главный герой становится Злодеем, страница 34 – Ли Лит

Син Юй схватил её за запястье.

— Слишком ценные.

— Это просто вещи, куда ценнее память, — Хуа Линь выпрямилась. — Син Юй, ещё не поздно. Их можно спасти.

Зелёные глаза заволокло солёной пеленой. На дне об острые скалы боли билось тёплое море живого светлого.

Одарив короткой улыбкой, Хуа Линь направилась к обгоревшим деревьям. Шаги отдавались зудом в ладонях, хотелось немедленной расправы и справедливости. Боль должна охватить виновных с той же силой, что и их.

Завязав ленту на самой низкой когда-то ветке, сейчас на обломке, и потянула за собой. Лента тянулась и не думала заканчиваться. Совершив круг вокруг трёх деревьев, Хуа Линь завязала на узел ленту на том же обломке, вернулась за кувшином и, нагрев своей энергией, капнула по капле на корни.

— А теперь амулет, — проговорила под нос Хуа Линь.

Нанесла на красную удлинённую бумагу заклинание кровью, прикрепила к деревьям и напитала их духовной силой. Роса впиталась, лента исчезла, как и заклинание. Одни обезопасят, другая вернёт к жизни и поможет возродиться. Всё так просто выглядело, что не верилось.

— Теперь ждать, — Хуа Линь опустилась рядом со Син Юем.

— Спасибо.

Хуа Линь мотнула головой.

— Не нужно.

— Я думал, что всё, — прошептал Син Юй. — Снова поздно.

Его голос дрогнул, Хуа Линь притянула Син Юя к себе, заключая в объятия. Плечи под ладонями задрожали. Хуа Линь крепче обняла Син Юя.

Семья — это глубокие, хрупкие струны. Они так глубоко, что вырывались с плотью; так хрупки, что одно слово разбивало их вдребезги, раня до глубоких кровоточащих ран. Струна за струной, и в груди не заполняющаяся дыра. Син Юй шесть лет заполнял её тёплыми воспоминаниями и красотой деревьев. Всё разлетелось, как лепестки от весеннего ветра. Не забывал, просто не вынимал на поверхность болезненное, до сводящей с ума муки, прошлое. И снова на круги обвинения себя. Слабый, немощный не смог уберечь сестру, довёл мать до смерти. Син Юй знал, что вина на нём, и слова учителя не переубеждали в обратном. «Маленький», «нет твоей вины» — оправдания. Виноват! Его обязанность как мужчины — защищать сестру и маму.

— Это я, — сквозь слëзы выдавил Син Юй. Молнией прошибло. Хуа Линь погладила его. — Виноват.

Из последних сил Хуа Линь сдерживала слëзы. Забыть откровенный разговор четырёхлетней давности за кувшином пряного вина у неё никогда не получится. Син Юй тогда впервые попробовал вино и не смог удержать себя. Захмелевший, охотно решился поделиться о семье. Хуа Линь, растягивая глотки, ловила каждое слово. Будучи незнающей семейного тепла и выросшей без родителей и родственников, она горела желанием узнать, каково это — иметь семью.

Счастливый рассказ о вкусной еде, весёлых праздниках, смешных ситуациях свернул на мрачную дорожку. Будучи красавицей и умелой на все руки, старшая сестра Син Юя не спешила выходить замуж, помогая матери и брату по дому с делами, а кандидаты частенько бегали за ней. В один из дней, отправившись на рынок продавать урожай, должна была быть дома ближе к вечеру. Но вернулась лишь ближе к утру, переступила порог ворот и упала без сознания. На вторые сутки пришла в себя. Страшное прозвучало в тот день. Бегающий по пятам сын купца не потерпел отказа в женитьбе, выкрал на подъезде к рынку, запер в сарае и до глубокой ночи не унимался — надругался, измывался, мучил. Пьяный крепко уснул, она сбежала. Отец купца примчался в дом, когда задержали сына, предложил решить всё миром и браком. Исход: отказ, подкуп и освобождение. Старшая сестра не вынесла и вечным сном уснула под опадающей грушей, приняв яд. Мать не выдержала, слегла с горя и вскоре последовала за дочерью.