Книга Смерть на Кикладах. Сборник детективов №5, страница 131 – Сергей Изуграфов

Итак, давайте попытаемся вместе разобраться: были ли у Макарова мотив и возможность. И тогда мы либо подтвердим с вами эту гипотезу, либо опровергнем. Начнем с психологического портрета.

Биография Макарова вам, наверняка, известна не хуже, чем мне. Дворянин, офицер, музыкально одаренный человек, фантастически работоспособный, щедрый, идеалист и романтик, убежденный перфекционист во всем, что делал, а еще — что очень важно в нашем расследовании — человек, очень остро чувствующий любую жизненную несправедливость. Вы прекрасно знаете, что его усилия по возрождению гитары в Европе во второй половине XIX века, к сожалению, не увенчались успехом в той мере, на которую он рассчитывал, организовав Первый международный гитарный конкурс в Брюсселе. Когда Макаров вернулся в Россию, он подвергся очень жестким нападкам и язвительному высмеиванию со стороны публики, которая не была в состоянии понять и разделить с ним его идеи. Я думаю, что эти события также повлияли на характер Николая Петровича, обострив в нем и чувство справедливости, и желание всячески ее добиваться, и не только для себя, но и для собратьев по музыкальному «гитарному цеху». Ведь понося и оскорбляя Макарова и его искусство, в его глазах злопыхатели высмеивали гитару, гитарную музыку и всех, кто был к этому причастен. Он не мог этого стерпеть и оставаться в стороне.

Теперь, когда мы с вами видим одинаковый портрет нашего «подозреваемого», необходимо сказать о его дружбе с Мерцем, выстроив события этой действительно большой и искренней дружбы в четком хронологическом порядке.

Йохан Каспар Мерц, родившийся в тысяча восемьсот шестом году в австро-венгерском Пресбурге, к тысяча восемьсот сороковому становится известным музыкантом, переезжает в Вену, где считается лучшим гитаристом и композитором, сочиняющим произведения для гитары. Кстати, Мерц виртуозно владел не только десятиструнной гитарой, но и цитрой, и флейтой, как сообщает нам его биография. В тысяча восемьсот сорок втором году он женится на Жозефине Плантин — она тоже сыграет свою роль в нашем небольшом расследовании — концертирующей пианистке. С этого момента до своей смерти в тысяча восемьсот пятьдесят шестом году — он не дожил всего несколько месяцев до конкурса в Брюсселе — Мерц сочиняет музыку для гитары. В пятьдесят первом году в Вену приезжает Макаров, они знакомятся и становятся друзьями. Видя тяжелое материальное положение друга, который вдобавок еще и страдал от последствий передозировки стрихнином, которым в то время лечили невралгию, Макаров поступает благородно: он выкупает — и это очень важно! — у австрийца за крупную сумму значительное количество музыкальных произведений в черновиках, которые затем увозит с собой в Россию. Многие из них — всего лишь незаконченные наброски.

В подтверждение своих слов я хочу привести цитату из книги историка гитары начала двадцатого века Валериана Алексеевича Русанова «Гитара и гитаристы». В XV-й главе своих исторических очерков Русанов пишет: «Всего сочинений Мерца по Беккеру и по подсчету Эдмонта Шрэна значится 99 ор., на самом же деле их было больше, так как многих своих сочинений он не печатал совсем, а некоторые проданы им в рукописном виде… Так, например, обладателем лучших произведений Мерца был Н. П. Макаров. Помимо купленных им при личном свидании с автором пяти манускриптов^[47]и «Концертино», … он (Макаров) получал от Мерца ежегодно по три, по четыре манускрипта, и под конец у него скопился очень обширный и богатый репертуар, которого хватило бы, по выражению самого Н. П. Макарова, «на всю жизнь многим гитаристам или любителям».