Книга Серебряные нити Шардена. Пепел и тис, страница 72 – Мари Ларина

— Требуется большая храбрость, чтобы противостоять своим врагам, но гораздо большая — чтобы противостоять своим соратникам. — мудро изрёк Магистр, всё так же улыбаясь. Искорки веселья заплясали в его глазах. — Я горжусь тобой. По причине того, что ты не побоялась лезть на рожон, подозревать собственного куратора — даже для того, чтобы решиться на эту мысль — требуется огромная смелость и уверенность в своих принципах. Я рад, что смог… воспитать… в тебе такие взгляды, такую честность, благодаря которой ты можешь копать под тех, кто находится выше тебя по иерархии. Поверь мне, многие люди даже подумать о таком боятся — работают на начальников-самодуров, терпят мужей-идиотов, родителей, которые давно поехали крышей и диктуют взрослым детям, как им жить…

Магистр опёрся на локти, положив их на стол, и засмеялся. Тихо, басовито — в этом смехе сочеталось всё — внутренняя сила, уверенность в себе — и он определённо не чувствовал себя проигравшим, хоть и был на мушке у своей подопечной добрых двадцать минут. Я, подумав, что Хаэль окончательно тронулся — позорно подобрала Велатр, стрелу, накинула плащ и приладила своё обмундирование за спину обратно. Щёки залило алой краской от слов Эврена.

— Я ещё раз повторюсь, что действительно горжусь тобой, каким человеком ты стала, какой сильной — и не только магически и физически, но еще и морально — ведьмой. Но, пожалуйста, попрошу тебя, госпожа Мирст — будь так добра, избавь меня в будущем от места под прицелом твоего лука. Договорились? — посерьёзнел великий-Пятый-Лик-Совета, кивком указывая на Велатр за моей спиной.

— Договорились. — кивнула я, позорно выходя за дубовую дверь тысяча сто одиннадцатого кабинета.

— Стой, — окликнул меня Магистр, что-то быстро подписывая на листе пергамента и вдавливая свою личную печать Магистра Тени в несчастный лист. Затем тихо шепнул заклинание, просушивающее чернила, свернул лист в свиток и запечатал его заклинанием. — Я направлю сейчас тенегласс стражам Академии, но — предъявите это им у ворот. В свитке — моя личная просьба допустить вас в Академию. Будут спрашивать ещё — скажите, личное поручение гвардиана Карал Вельторна, Эврена Хаэля. Пусть я и в отставке, но моё имя до сих пор много значит и вопросов, как правило, не вызывает. И просьбе Советника перечить вряд ли станут. Но про Совет заикайтесь лишь в крайнем случае — никто не должен понять, что вы — Асессоры.

Я молча кивнула, вернулась и приняла свиток из его рук, заботливо спрятав его во внутренний карман плаща.

Вслед мне вновь донёсся тихий смех Пятого Лика Совета, Магистра Тени, гвардиана Карал Вельторна — Эврена Хаэля.

Какой позор!

Я стояла в коридоре, ощущая, как уходит напряжение из мышц, как сердце замедляет свой шаг, возвращаясь к привычному ритму — не боевому, не настороженному. Просто человеческому. Мои гулкие шаги испуганным эхом прокатились по мрамору. В полумраке коридора, в витражных тенях, я вдруг почувствовала себя просто полнейшей дурой, которой по жизни просто повезло, и всё происходящее — чистая случайность и… точно. Дуракам везёт. А я определённо сегодня была дурой. Мои шаги зло стучали по ступеням, позорно сбегая вниз, к выходу из башни.

Столкнувшись с Плюшеттой, я вернула ей одолженный ключ — та гордо приняла его, повесив к тысячам таких же ключей на поясе. И как ей не тяжело, такой маленькой?..Определённо — миридская магия существовала, пускай они сами в этом отчаянно не желали признаваться.