Книга Бес лести предан, страница 217 – Элиот Лилит

Смех юноши зазвенел серебряным колокольчиком.

— Мой дорогой друг, даже если бы в мире нашлось еще с полсотни таких же «нот», я не пожелал бы звучать в унисон ни с кем, кроме тебя.

Картинка осыпалась высохшими лепестками белой розы, и Алексей с прерывистым вздохом проснулся.

Хотя светила полная луна, короткие дорожки пороха едва виднелись на притоптанном песке. Алексей выбрал безлюдное место вниз по Неве, за версту от ближайших обветшалых развалин, где некогда пытались жить люди. Под ногами – песок и камень, с одного бока – воняющая илом река, с другого – пустынный пляж. Пожара случиться не могло.

Алексей выбрал порох, а не дерево или бумагу, не только потому, что поджечь его было легче, но и с дальним расчетом, что если совершит какое-нибудь открытие, сразу можно будет применять в бою. Но до этого далеко – пока он не знал и с какого бока подступиться. Алексей вдохнул предостаточно темных тварей, но как их использовать?

Сперва пытался поджечь порох простым усилием воли, он ведь силой мысли притягивал бесов или искал источники света и тьмы. Но сколько ни бился, сколько ни настраивал себя на разные лады – ни искорки не мелькнуло. Тогда Алексей поймал пролетавшего мимо беса и прокатил его по дорожкам. Бестелесный черный шар ни в какую реакцию с чужим миром не вступил. Алексей чертыхнулся. Ну да, если бы одного присутствия бесов было достаточно, все пороховые склады в мире уже десять тысяч раз взлетели бы на воздух. Нет, если что-то и может сработать, оно должно прийти от него. Он – Темный. Стоит же это хоть чего-то.

На людей сила работала через прикосновение. Очевидной идеей было дотронуться черными пальцами до пороха и пустить в него тьму так, как он пускал ее в людей. Наверняка Александр именно так бы и поступил – и, скорее всего, остался бы без пальцев, а то и без руки. Заповеди артиллериста – точные расчеты, а какие тут могут быть расчеты? Даже с такими крохами пороха, лежащими шагах в десяти от него, Алексей не чувствовал себя в безопасности.

Вместо того, чтобы совать пальцы в пасть спящему льву, Алексей попробовал выпустить тьму из руки не размытым облаком, но направленным лучом. Император делал так с царским огнем, почему бы и здесь не сработать? Но ничего не вышло, бесы попросту отказывались покидать его тело. Алексей призвал на помощь клокочущий гнев: подумал о надменных гримасах Толя, о самодовольных ухмылках вездесущего Кутайсова, об Андрее, снова позабывшем старшего брата, о проклятом Палене, услужливо подхватывающего любые поручения императора так, будто не было других людей, способных за них взяться…

Ярость ворвалась в душу привычной гостьей. Черный огонь в груди запылал ярче, по рукам и ногам волной прокатилась сладкая мощь. Но вместо того, чтобы вылететь пушечными ядрами, бесы лишь плотнее окутали тело вторым слоем кожи. Сквозь шум крови в ушах донесся стук копыт.

Алексей обернулся. К нему стремительно приближалась всадница в черно-белом плаще.

— Я смотрю, вы тут весело проводите время, – выдохнула Нелидова с брезгливой оторопью, будто обнаружила его купающимся в болотной жиже. – И это у меня еще репутация чудачки!

— Я занимаюсь важными делами, – огрызнулся Алексей, немедленно отрекшись от принятого секунду назад решения ничего не объяснять и не оправдываться.