Книга Бес лести предан, страница 151 – Элиот Лилит

Александр медленно кивнул.

— Так вы хотите просить, чтобы в обмен на возвращение польского приорства Мальтийский орден пожертвовал нам что-то из своих бездонных оружейных?

Император презрительно скривился.

— Разумеется, нет! С рыцарями следует вести себя как рыцарь, а не как торгаш. Если они того желают, я дарую им и польские владения, и протекторат – как друг и покровитель. Но я знаю их великого магистра, это благородный человек. Не сомневаюсь, узнав о нашей беде, он поможет нам в меру своих сил.

В глазах Александра Алексей заметил тень собственных сомнений: благородно, но дальновидно ли?

— Они ведь католики, – заметил Александр. – Как люди отреагируют?

— Меня не волнуют болваны, которых различия в вере волнуют больше, чем то, что у нас бесы по улицам летают, – отрезал император. – Католики… Да хоть староверы! Любая искренняя вера несет свет, даже если это просто вера в добро.

— Я с вами не спорю, ваше величество, я только беспокоюсь. Сами знаете, что началось, когда пошли слухи, будто ваш отец собрался обратить в католичество всю страну.

— Ты хотел сказать, когда моя мать распустила эти слухи, – фыркнул император. – Беспокойся лучше о проблемах насущных. Я слышал…

В дверь яростно заколотили. Алексей распахнул ее. На пороге оказался запыхавшийся офицер из полка Александра.

— Ваше высочество! – бросился он к цесаревичу, точно не замечая ни императора, ни коменданта. – У Александро-Невской лавры… разлом…

Александр подскочил.

— Тот самый?

— Нет, нет, другой. Только оттуда такая тварь лезет! Мы по ней палим, но без вас не обойтись! И еще тут недалеко от дворца какой-то шум, его высочество Константин пошел…

— Где? – резко спросил император.

Офицер оглушенно посмотрел на него, точно только сейчас приметив.

— На Миллионной, ваше величество. Недалеко от Мраморного дворца, немного ближе.

— Неужели у дома графа Литты? – император тряхнул головой. – Александр, скачите к Лавре. Здесь я сам разберусь.

Каким-то образом он оказался у дверей раньше всех. Алексей метнулся следом, но император отмахнулся:

— За цесаревичем присмотри.

Алексей обернулся, не зная, как на такую перспективу отреагирует Александр, но тот уже стоял подле него, бледный, но решительный.

— Идем скорее. Два разлома разом… Нельзя ни минуты терять.

Нарывающий на стыке Невского и боковой улочки разлом стал привычной частью пейзажа, открывавшегося из окон лавры. А вот новый, разверзшийся у самой стены, бросался в глаза, как клякса на листе бумаги. Справа от разлома под грохот выстрелов носились черно-белые солдаты. Слева – громко и распевно читали молитвы сбившиеся в кучку священники. Их возглавлял сам митрополит, выводящий молитвенный текст с холодным самообладанием. По лицам священников сразу было ясно, кто из них видел льющуюся из разлома тьму, а кто бездумно подчинялся приказам, не понимая, что они пытаются сдержать.

Каждые несколько секунд разлом напрягался, как обнаженная мышца, и извергал черных тварей, разлетавшихся в разные стороны. На них тут же набрасывались бесогоны с обнаженными клинками. Недостаточно расторопные с воплем падали наземь, растирая ожоги, точно могли смыть расползающиеся по коже пятна смертоносной гнили. Вперед старших церковников то и дело выскакивали молодые служки с медными тазами и прозрачным веером расплескивали святую воду. Твари поменьше от пролетавших брызг взволнованно топорщились, но бесам посильнее все было нипочем.