Книга Заклятья метели. Колядки других миров, страница 30 – Софья Ролдугина, Евгения Сафонова, Анастасия Андрианова, и др.

На смотровой площадке на крыше его дворца имелся стол на случай, если Михаилу захочется позавтракать или выпить чаю на свежем воздухе с ошеломительным видом на парящие острова. Реально он довольно редко приходил сюда – хотя когда-то, помнится, прямо отдельно требовал, чтобы архитектор предусмотрел такую уютную зону. Сейчас стол и стулья пришлись как нельзя кстати.

Михаил и Уриил расставили еду и сели.

Отсюда было видно и всю территорию дворца, и соседние небесные острова, и даже дальние. На Полотне Времени в Османтусовом саду свет, обозначающий наступление Нового года, сдвинулся ещё западнее. Да и здесь, в Небесных Чертогах, до заветной полуночи оставалось немногим больше часа.

Михаил с гордостью и радостью любовался великолепием островов.

Вот сейчас он понимал, что наступает праздник – главный праздник в году и по меркам Земли, и даже здесь, в Небесных Чертогах. Ведь как люди многому учились у небожителей, так и небожители учились у людей. Их любви к красивым традициям, их радости от самых незамысловатых вещей, их тяге к торжествам, веселью, сюрпризам и их умению ценить жизнь – такую мимолётную, такую изматывающую, но невероятно прекрасную.

Это умение было не лишним и для архангелов, ведь на самом деле всех живых существ – будь то люди, фейри, демоны, ангелы, русалки и другие – объединяло одно: их искра. Полыхающая, вечно горящая искра где-то в глубине – бессмертная и удивительная, тонко откликающаяся на истину и красоту, тянущаяся к другим искрам.

Уриил, выброс кортизола в крови у которого был уже слишком велик, принялся за еду, чтобы порадовать свой организм глюкозой и успокоиться. И сейчас, поскольку Михаил особенно не разговаривал, мирно любуясь Полотном Времени, он весьма активно поглощал прекрасные яства и пил манящие напитки, выставленные на столе.

Глядя на то, с каким аппетитом Уриил уминает еду, Михаил присоединился к нему.

В процессе он решил всё же объяснить, почему оказался в своём дворце в такую важную дату. Впрочем, его рассказ оказался крайне лаконичен и самокритичен.

— В последние дни я так много ныл о том, что меня все достали, что Гавриил организовал мне одни сутки в одиночестве в качестве подарка, – поведал он.

Глаза Уриила стали как блюдца.

— Вы ныли? Серьёзно?

— Да. – Михаил поморщился и посмотрел вдаль, в сторону центральных островов, где уже скоро начнётся празднование. – Говорил о том, как не люблю эту работу, как устал, как меня все достали и как мне нужен покой.

— Я бы ни за что в жизни не подумал, что вы вообще способны ныть. – Лицо Уриила полнилось священным восторгом: новый факт о кумире, ура! – А как вы это делаете? Вы скорее ругаетесь или скорее жалуетесь?

— Что? – Михаил повернулся к нему с полным непониманием. – Тебе это зачем?

— Просто любопытно, – покраснел Уриил.

Михаил покачал в пальцах чашу из аметиста и поинтересовался:

— А почему ты сам оказался без компании? Ты не похож на того, кому нравится проводить праздники в одиночестве.

Уриил поскрёб макушку.

— Ну, я планировал часов до одиннадцати посидеть у себя и пописать всякие планы, цели и желания на следующий год, – пояснил он.

Это не удивило главу Небесных Чертогов, потому что он знал – Уриил был в курсе всех модных земных веяний, в том числе условно психологических, и разделял их.