Онлайн книга «Куклолов»
|
Но теперь его переполняли совсем другие чувства. Стоило прийти в себя и вспомнить обо всём, как тело наполнила нервная энергия. Наполнила и переполнила: лежать дольше он не мог. Тем более нужно было набрать воды, чтобы запить таблетку – головная боль разрасталась, грозя затопить утро. Впрочем, какое утро. Судя по вагонному табло, давно перевалило за полдень. Хотя постойте, это же московское время… Он глубоко вдохнул, стараясь отогнать тошноту – наполовину от мигрени, наполовину от предчувствия чего-то… он и сам не мог осознать, чего. Привёл в порядок постель – ехать предстояло почти восемь часов. Заварил чай, выпил таблетку. Сел у окна. Пролетающий пейзаж, снежный и тихий, походил на ширму; менялись только кривые куклы-деревья, скользящие по верхней кромке. Проводив взглядом мелькнувший факел рябины, Олег задумался: кто же здесь кукловод? Ветер? Время? В сущности, одно и то же, только ветер – временный, переменчивый хозяин с дурным характером. А вот время водит своих кукол более основательно, всегда зная, к чему следует ход. По вагону бегала девочка – в её руках безвольно раскачивалась кудрявая светловолосая кукла. При взгляде на воздушные кудри Олег всякий раз вздрагивал от беспокойства: как там его собственные куклы. Они лежали совсем рядом, в чемодане, крепко обёрнутом плёнкой, прямо под его полкой. Ночью снились кошмары: что под полкой открылся люк и чемодан улетел в снежную свистящую мглу, что кто-то подкрался и бесшумно вытянул чемодан под покровом мглы… Олег вырывался из этих снов, резко садился, дожидался, пока перестанет так часто биться сердце. Делал глоток минералки и ложился снова. Очень хотелось выбраться в тамбур, проветриться и размяться, но страх оставить кукол перевешивал всякое желание. Утром, когда вагон проснулся, дело было другое: никто не стал бы лезть в его чемодан на виду у всех соседей. И всё-таки он не решался отойти надолго: марш-бросок до туалета, пробежка до титана за кипятком и снова – вахта на своей полке, никаких подогнутых коленей, ноги обязательно вниз, чтобы раз в несколько минут пяткой нашаривать гладкую, липковатую плёнку чемодана… К трём часам нервы натянуло до предела; хотелось есть, никак не проходила головная боль, и внутри поселилось отчётливое, царапавшее при каждом вдохе опасение: кукол украли. Их всё-таки украли, или их залило водой, или чемодан подменили. Олег сглатывал горькую вязкую слюну, дышал, открыв рот, чтобы было не так больно, чтобы было не так страшно, чтобы к мозгу приливал кислород, и это отогнало бы неуместный бред… Конечно, куклы на месте. Он проверит это, как только доберётся до хостела. Всего через шесть часов. Олег, терпи. Терпи, Олежка. Пару раз звонила Катя – он сбрасывал. Отрезок, который они должны были пройти вместе, кончен; пришло время одиночного плавания. И он плыл, плыл и плыл сквозь снежные просторы, всем своим существом устремляя поезд вперёд и вперёд. * * * Въезд в Москву растянулся на часы. По обеим сторонам пошли товарные составы, постройки, трубы, длинные матовые ангары депо и дома, дома, дома… Олег с ужасом разглядывал многоэтажки, подавленный их величиной, одинаковостью, многотонной безликой массой. Тоска облепила поезд, лезла в щели, лизала стёкла, тянулась к самому нему, обвивая, подобно ночным кошмарам. Олег то и дело водил ладонью по лицу; казалось, лоб и щёки облепила клейкая сеть. |