Онлайн книга «Куклолов»
|
Потирая красные, в цыпках, руки, Олег полез наверх, зашагал по скрипучему паркету, кое-где совсем облысевшему, кое-где покрытому ветхой ковровой дорожкой. У подножия лестницы против воли застыл: с высоты пролёта между первым и вторым этажом на него глянул белолицый старец в сером балахоне. Рядом со старцем, смотря чуть вбок, стоял мужчина с бородой и смоляными кудрями, в красной рубахе и синих джинсах. Оба замерли. Олег не сразу сообразил, что они написаны маслом. Он поднялся, шагая через ступень, подошёл к громадной раме. «Слово», Игорь …байло… – первые и последние буквы фамилии затёрты. Олег глядел на старца с бельмами вместо глаз, не в силах оторваться; едва слышал, как в голове щёлкает серебристым шепотком: — Голландский домик… Итальянский домик. Копия Версальского дворца. В Кусково жили на широкую ногу… А потом словно спала пелена, старец с полотна подмигнул Олегу, и он, прикусив язык, припустил прочь. Перед глазами замелькали изразцы, камины и часы, позолота и плесень, вазы, рамы, канделябры и бюсты… В один прыжок Олег пересёк Малиновую гостиную, где стены будто пропитали бледной ягодной кровью, миновал вычурную парадную спальню, в которой в жизни никто не дремал, кроме смотрительниц музея. В кабинете-конторке едва не споткнулся о столик для хранения нот, потом возникла узкая, как пенал, диванная, библиотека, ещё одна роскошная опочивальня с голубыми подушками… В картинной, среди позолоченных рам, полуголых дам и шёлковых обоев, Олег выдохся и притормозил, держась за бок. Но тут, поглаживая оперение стрелы, с полотна покровительственно кивнул румяный амур, и Олег опрометью бросился дальше, дальше, сквозь коридоры, покои и комнаты, мчался, жмурился, завидев зеркала, и отмахивался, заслоняясь от вспыхивавшего в лицо солнечного света. Ниже, ниже, ниже… Вывалившись в снежный полдень, он замахал руками, стараясь сохранить равновесие. Не смог – плюхнулся в сугроб. Вдали показались люди: они рябили и рассеивались солнечной дымкой в хрустящем от окрепшего мороза воздухе. Олег сел на корточки, натянул капюшон, стащил со спины и обхватил руками рюкзак. Как вы там? Потрясло вас знатно, милые мои… Но не с чемоданом же было сюда тащиться, с чемоданом я уже намучился… Мысли кутали, как тяжёлый шарф, как гобелен из парадной прихожей. Он просидел бы так ещё тысячу лет, если бы не мокрый холодный нос. Кожу щипало от сырости. Олег утёрся рукавом, встал и побрёл по дорожке, обнаруживая, что ноги еле гнутся, а пальцы совсем одеревенели. * * * За псарней и конюшней, куда он забрёл в поисках Голландского домика, было чуть теплей: вокруг качались деревья французского сада, и густые ветви, хоть голые, но раскидистые, всё же защищали от ветра. Дрожа, тщетно приказывая себе не надеяться, Олег толкнул дверцу домика. Нисколько не удивился, что оказалось не заперто. И нырнул в полутёмную просторную кухоньку, снизу доверху выложенную белой блестящей плиткой. Тут и там стояли картонные фигуры: служанка в чепце, мальчик в старинном парике… А настоящих людей снова – ни одного. Он не знал куда идти, и двинулся наугад. В голову впервые пришло, что он не навёл никаких справок. Узнал, что Арабеллу когда-то видели здесь – и рванулся в Кусково без раздумий, без опасений, без всякого предварительного расчёта. |