Книга Край неба, страница 159 – Марк Дж. Грегсон

— Я уже передал мастеру Коко все, что знаю.

— Как жаль. – Вздохнув, король снова встает. – Идем. Я тебе кое-что покажу.

— Что?

— Одну тайну, доступ к которой имеют короли, королевы и мастера.

И вот дядя, зажав трость под мышкой, ведет меня к запертой двери за троном. Поворот ключа – и она открывается; за ней – комната, погруженная в густой мрак.

Прохожу внутрь следом за дядей.

Пахнет старой бумагой и чернилами. Когда позади нас щелкает замок, включаются кристаллы, освещая огромную библиотеку. Я потрясенно раскрываю рот. Полки с книгами тянутся до самой крыши, и я удивленно озираюсь. Кругом стеллажи и небольшие лифты.

— Эти книги – последние реликвии древнего мира, – говорит дядя. – Нашего мира, существовавшего до Вознесения.

На лифте мы едем на второй уровень. Платформа глухо постукивает, поднимая нас над рядами истертых переплетов. Прищурившись, я пытаюсь разобрать странные буквы и символы на корешках. Наконец останавливаемся у застекленного стеллажа, с полки которого дядя берет синюю книгу без названия. Раскрывает, явив приклеенный к страницам серебряный квадратик.

— Чип памяти, – говорит он. – Последний оставшийся. Это технология прежних времен.

Дядя осторожно снимает чип со страниц, захлопывает книгу и переходит к другому стеллажу, где достает с полки тонкое устройство, спрятанное между двумя томами: стеклянную пластинку толщиной в полсантиметра. В стекле тускло отражается свет, но от касания дядиных пальцев устройство оживает, показывая надпись «ОРЛИНАЯ ИМПЕРИЯ».

Дядя вводит карту памяти в паз на боку устройства и передает его мне:

— Смотри.

Я непонимающе выгибаю бровь, но внезапно на стеклянном экране появляются изображения другого мира. Движущиеся картинки. Я замираю, не в силах поверить увиденному. Эта технология выше всего, что у нас есть: живые иллюстрации, запертые внутри окошка.

На картинках – мир с необъятными водными просторами. По пляжу бегают счастливые дети с цветными ведерками и лопатками. Они смеются. За полосой белого песка по черным улицам катятся странные металлические коробы на колесах.

А потом все, кто на пляже, замирают. В небе над ними проносится тьма странных летающих машин на винтовых двигателях. Вращая лопастями, они устремляются вдаль, к невидимой цели.

Люди бегут. Они в панике. Отцы подхватывают на руки дочерей. Матери несут сыновей. Я резко вдыхаю, когда над водой встает огненный гриб. К берегу несется ударная волна, пламя, золотистые бутоны смерти. Люди вмиг сгорают, превращаясь в пепел.

Изображение меркнет.

Моя кожа становится липкой от пота. Сердце колотится.

Тем временем на экране высвечивается еще череда образов. Эти являют мне темный мир: мужчины и женщины в грязных масках и выпуклых очках, под порывами пустынных ветров. И посреди нового, серого пейзажа – города, состоящие из огромных небоскребов. Они становятся яркими маяками.

Мужчины и женщины смотрят на них со злостью в глазах.

Они по веревкам взбираются на огромных зверей, седлают их. Эти звери высотой девять метров; вокруг голов у них знакомый гребень. Они как горгантавны, только четырехногие, покрыты толстой чешуей, как у змея первого класса.

Кем бы ни были эти твари, они похожи на предшественников мэштавнов.

И вот армия жутких чудовищ нападает на город. Мужчины и женщины с воплями вскидывают над головами искрящиеся электрокопья, ураганом несутся навстречу сражению. Но только их звери достигают границ поселения, как земля раскалывается. Появляется гигантский разлом. Звери десятками падают в пропасть, а сверкающий город неожиданно взлетает в небо.