Книга Десять погребальных нот, страница 108 – Ирина Голунцова

— Нужно отнести его в нормальное место и дать лекарство. Шу Дуньжу, помоги мне. Я возьму Го Бао на закорки.

К его удивлению, Шу Дуньжу не стал отговаривать его или предлагать что-то ещё, он молча помог Хань Цзишэ подсадить товарища на спину, а затем поманил за собой. Несмотря на то, что Го Бао был довольно высоким и крепким мужчиной, Хань Цзишэ почти не чувствовал его веса. А вот тяжесть с сердца никуда не уходила, только усиливалась с каждым шагом, и Хань Цзишэ задыхался от осознания своего теперешнего положения. Хань И пропала, Го Бао тяжело ранен, Нань Гуацзы сбежал, и единственный, кто оказался рядом, – это Шу Дуньжу, с которым только и оставалось обмениваться взглядами на дороге^[102].

Похоже, собственная жизнь в этом мире стала для него не дороже бамбукового обрезка. В груди разрастался невидимый ком, из-за которого не то что вставать с кана не хотелось, но теперь, похоже, и станет невозможно заснуть. Минувшая ночка стала для Хань Цзишэ настоящим испытанием, и не факт, что оно закончилось, потому что тот демон всё ещё на свободе.

«Но что там забыл этот демон? Почему он устроил беспорядки прямо у стен внутреннего города? – рассуждал Хань Цзишэ, занимая мысли по пути к новому пристанищу. – Или это был не демон, а злой дух? Но даже если так, они ведь призваны пытать людей в судилищах, а не громить дома своих господ. Он кого-то искал? Кого-то хотел выманить?..»

Бросив беглый взгляд в спину Шу Дуньжу, Хань Цзишэ тут же отвернулся и постарался выкинуть из головы вопросы, на которые нет ответов. Только не сейчас! Ему просто хотелось найти тихий угол и посидеть там час, может, даже шичэнь, только бы его никто не трогал.

Шу Дуньжу не солгал, когда сказал, что они с Юнь Сяо нашли убежище в небольшом храме, вот только забыл добавить, что храм уже давно не принимал посетителей. Поднимаясь по скрипучим ступеням, местами рассыпавшимся в труху, Хань Цзишэ с сомнением посмотрел на покосившуюся крышу, с которой упала уже не одна черепица. Дверь на ржавых петлях натужно скрипнула и, переступив высокий порог, Хань Цзишэ ожидал увидеть сто дыр и тысячу болячек^[103], но внутри бывшая обитель богов выглядела уютнее некоторых постоялых дворов.

К тому же они оказались не единственными гостями заброшенного храма, прятавшегося на отшибе среди сорняков и высоких кустарников. По углам ютились люди, которые не выглядели ни бандитами, ни отбросами общества. Скорее, им не повезло родиться под плохой звездой^[104].

Уверенно пройдя длинный коридор и завернув за угол, Шу Дуньжу открыл хлипкую дверь, за которой оказалась довольно просторная комната с каном и несколькими циновками. Из-за своих размеров, влажности и отсутствия источника тепла, в ней оказалось даже холоднее, чем на улице, но для Го Бао так будет лучше. Во всяком случае, укладывая своего товарища на прохудившийся матрац кана, Хань Цзишэ надеялся, что прохладный воздух поможет сбить его жар.

Как наивно.

Какой же он наивный идиот. Чем он вообще мог помочь Го Бао? Не найди их Шу Дуньжу с Юнь Сяо, то что тогда? У него не было при себе денег, чтобы купить лекарство или найти лекаря, да и помогут ли они с такими ожогами? Пусть Хань Цзишэ и обижался на Го Бао, сердиться всерьёз он всё же не мог. Присев на край кана, который жалобно скрипнул под его весом, он попытался рассмотреть чужие раны в полумраке, но даже без света стало понятно, насколько всё плохо.