Книга Спорим, ты сдашься первой?, страница 32 – Анна Измайлова

Лицо Артема изменилось, он выдохнул.

— Черт.

— Что?

— Я не хотел, чтобы ты так почувствовала.

— А как я должна была почувствовать? Ты поцеловал меня перед всеми. Потом сказал «еще вопросы» и ушел.

Он провел левой рукой по лицу.

— Потому что если бы я остался, я бы поцеловал тебя снова.

Я перестала бинтовать, в груди стало пусто.

— Что?

Он посмотрел прямо на меня, уставший, бледный, без футболки, с перевязанным плечом.

— Я бы поцеловал тебя снова, Вера. Не для Кирилла или пиара. А ты бы потом возненавидела меня.

Сердце билось так громко, что я почти не слышала холодильник.

— Поэтому я ушел, — сказал он. — Не красиво поступил, не правильно, но это уже случилось.

Я опустила глаза на бинт.

— Сам решил за меня?

— Решил за себя.

Я закрепила бинт, стараясь не смотреть на него.

— Готово.

— Спасибо.

— Завтра покажешь врачу.

— Вера…

— Не обсуждается.

— Командуешь.

— Ты травмированный идиот.

— Заботишься обо мне.

Отвернулась и начала собирать аптечку, чтобы занять чем-то руки.

— Это не забота, просто профилактика человеческой тупости.

— Конечно.

— Не улыбайся.

— Я не улыбаюсь.

— Я слышу.

Он тихо хмыкнул, я закрыла аптечку и только теперь вспомнила о своей главной проблеме.

Молния на чертовом платье.

Собиралась быстро уйти, но когда повернулась, ткань на спине натянулась, заевшая молния неприятно впилась между лопаток. Я поморщилась.

Артем заметил.

— Что?

— Ничего.

— Вера.

— У меня сегодня все «ничего», давай поддержим традицию.

Он медленно оглядел меня.

— Платье?

— Нет.

— Молния заела?

— Откуда ты…

— Ты уже час в нем дома. И двигаешься скованно.

Он встал, я тут же подняла руку.

— Нет.

— Я еще ничего не предложил.

— Но собираешься.

— Могу помочь.

— Не можешь.

— Почему?

— Потому что у нас сегодня и так перебор.

— Помогу тебе с молнией и все.

Я медленно повернулась к нему спиной.

— Только молнию.

Артем не подошел сразу, я слышала, как он сделал вдох.

Потом шаг. Еще один. Он остановился за моей спиной, расстояние было маленьким. Я чувствовала его тепло лопатками.

— Где заела? — спросил он.

Голос низкий, сдержанный.

— Между лопатками.

Его пальцы осторожно коснулись ткани на моей спине, я мгновенно задержала дыхание.

— Дыши, Ланская, — сказал он тихо.

— Не командуй.

Он едва слышно усмехнулся, пальцы нашли бегунок, тронули и потянули вниз. Молния не поддалась.

— Сильно заела, — сказал он.

— Я знаю.

— Нужно придержать ткань.

— Держи.

Его пальцы легли чуть выше молнии, придерживая платье. Костяшки едва коснулись моей кожи у позвоночника.

Я закрыла глаза.

Он медленно потянул бегунок, молния дернулась и сдвинулась на сантиметр.

Потом еще.

Ткань начала расходиться, прохладный воздух коснулся спины.

Я сжала пальцы в кулаки. Артем остановился.

— Нормально?

— Да.

— Уверена?

— Если ты еще раз спросишь, я начну сомневаться.

— Ладно.

Молния пошла ниже. Каждый сантиметр открывал кожу, и я чувствовала не столько воздух, сколько его внимание.

Когда молния дошла почти до поясницы, он остановился.

— Готово.

Я должна была сразу уйти. Придержать платье на груди, сказать «спасибо», закрыться в комнате и переодеться в халат, который убивал романтику на расстоянии трех метров.

Но я стояла спиной к нему, с открытой кожей.

— Спасибо, — сказала я.

— Вера.

Я закрыла глаза.

— Не надо.

— Я ничего не сделал.