Онлайн книга «Измена. Всё, что от нас осталось»
|
Блядь, до сих пор, как вспомню, как он меня послал, так глаза кровью наливаются от злости. Не смог я ему этого простить... Не бывало ещё в нашей совместной жизни с Нинель, чтобы у меня не получалось её уговорить или задобрить. За эти годы я её всё-таки изучил немного. Конечно, раньше я так не палился, как с Анжелкой, но и паинькой никогда не был. И прокатывало как-то всегда.., а тут упёрлась и всё.... Да ещё на голову Алевтина свалилась, идейный вдохновитель блядь. И ведь не послать, родственница как-никак. А потом походил, подумал, с адвокатом проконсультировался и решил, что развестись мне даже выгоднее получается. Тем более, что невыполнимых запросов у неё не было. Да и не изменится особо ничего в нашей жизни. Ребёнка родит и деваться ей будет некуда. Она же ничего не умеет, кроме как готовить, да хозяйство вести... В этом деле, правда, нет ей равных... Скучаю... Не хватает мне её тихого присутствия рядом. У Анжелки жить не могу из-за этого, — достаёт своим трёпом постоянно. И один находиться в пустой квартире тоже не могу. Маман опять нагнетать начала, когда узнала, что развелись мы, не живётся ей спокойно. Кто же за Артурчиком присматривать будет, ты же занят постоянно? Да хер его знает, кто за двадцатилетним малышом будет присматривать. Большой уже, сам за собой присмотрит. Борька и тот за Нинель выпил, типа отмучилась. Она. Под утро только-только задремал, Анжелка разбудила. Желания у неё проснулись утренние, а у меня никаких желаний... — Анжел, любишь меня, — спрашиваю и наблюдаю, как бровки её от удивления на лоб полезли. — Конечно, Вань, — а в глазах растерянность, непонимание... Я помню какие глаза у Нинель были, когда она про любовь говорила. Влюблённые глаза их сразу видно, даже если об этом вслух не кричать... Может она единственная и любила меня по-настоящему... Уже несколько дней, как не звонит... Глава 23 Нинель Когда нити рвутся — больно нестерпимо... Как бы ты ни готовился к этому событию, как бы ты мужа своего ненавидел, больно всё равно будет. А я ещё и не могла его ненавидеть. Никогда у меня это не получалось. Даже сейчас, после всего, что он сделал. Несмотря на боль, которую мне причинил. Всё равно, дура такая, возненавидеть его не могла. Ходила по квартире одна-одинёшенька, в прошлое проваливалась. И вспоминалось, как назло, только хорошее: как возвращался он домой после работы или командировок, как обнимал крепко, целовал сладко, каким горячим был в постели. Как гладил меня всегда, когда мимо проходил. Просто так, чтобы дотронуться. Как смеялся, шутил, песни пел, когда я злилась. Как радовался успехам дочери... Разве можно всё это взять и забыть в одночасье? Не знаю... За столько месяцев, вроде и свыклась уже с мыслью, но рана всё ещё открытая, болезненная... Первые дни руки чесались ему позвонить. Узнать, как дела у него. Чем занимается. Как чувствует себя. Просто голос родной услышать. Но он не звонил и я держалась. Старалась отвлечься, делом заняться. О детях думала. А там где дети, опять — он... Замкнутый круг какой-то. — Нин, помнишь, как он в общаге обувь снимал и пытался слинять от тебя босиком? Помнишь? — Юлька звонит мне по несколько раз в день и всеми силами пытается взрастить во мне ненависть к бывшему мужу, а мне смешно становится от этих воспоминаний. |