Книга Вкус счастья в итальянской деревушке, страница 119 – Лоренца Джентиле

— Ты видишь все мои фотографии?

— Не то чтобы их было так много.

— Да уж… И слава богу, они не слишком личные.

— Кстати, рисунки просто великолепны. Я включил их в новое меню.

— Мои рисунки? В меню?

— Конечно! Почему нет? Оно теперь выглядит как артбук. Клиенты в восторге! Думаю, ты могла бы и стены расписать, чем-нибудь вроде цветочного мурала.

Спасите, за мной следят! В панике пролистываю фотографии, пытаясь понять, что еще он мог увидеть.

— А этот парень с каноэ…

— Это Антонио. Я снимаю у него комнату.

— Он переезжает?

— Что-то вроде того.

— И это значит, что ты возвращаешься?

— Ну да… Конечно.

Я не могу сказать «нет». Нельзя же просто взять и не вернуться?

— Когда ты принимала меня на работу, речь шла о простом колоритном ресторанчике, где люди собираются, чтобы поесть, поделиться историями и уйти более счастливыми и отдохнувшими, чем пришли. Видишь, тебе просто стоило больше себе доверять. Сейчас здесь рождается что-то прекрасное.

Это звучит как что-то невероятное. Часть меня хочет поехать и увидеть все своими глазами. Прямо сейчас!

— Слушай, я хотел сказать тебе это при встрече, но вдруг ты сбежишь на Багамы… В общем, если хочешь, я мог бы стать твоим компаньоном. Я давно об этом думаю и правда верю в наше заведение, так что готов оказать тебе финансовую поддержку. «У Селены». Неплохо звучит, а?

С трудом сдерживаю улыбку. Я и этот долговязый… кто бы мог подумать!

— Звучит неплохо, я тоже об этом думала, — признаюсь я. — Но теперь у меня есть идея получше.

Я смотрю на дорогу:

— «У Флоры».

— Это же второе имя моей бабушки!

— Тогда это точно знак.

— Селена… давай уже возвращайся.

Трогаюсь с места с улыбкой, будто приклеенной к губам, словно она мне не принадлежит. Скорее бы добраться до дома, рассказать все Флоре! Но Флоры нет. Хотя я чувствую ее присутствие сильнее, чем когда-либо.

Трудно поверить в то, что я только что услышала, и представить новый облик ресторана. Но перед глазами уже возникает новая вывеска: «У Флоры», длинный общий стол и мои рисунки на стенах. Признаться, я уже хочу попробовать новые блюда. Зная Гвидо, можно не сомневаться: он позволил себе разные поэтические отступления. Если он правда станет моим компаньоном, мы сможем погасить долги и со спокойной душой начать все заново. Гвидо, похоже, настроен серьезно: он не из тех, кто отступает.

Улыбка возвращается, и я пытаюсь стереть ее, но она упрямо появляется вновь. Консультант рассуждал… предупреждал… возмущался… А Гвидо просто решился на самостоятельные шаги, на которые у меня не хватило духу. И теперь наше заведение, при всем своем несовершенстве, кажется, нравится людям.

Это могло бы стать для меня уроком, если бы были силы на философские размышления. Но я в замешательстве. Я горюю и радуюсь одновременно.

Я набираю скорость, чтобы обогнать трактор, и вдруг мотор Аманды глохнет. Она встает посреди дороги. Я оказываюсь в центре потока. Меня объезжают, нетерпеливо сигналя.

Включаю аварийные огни.

— Аманда, пожалуйста!

Машина не заводится. Я нажимаю на руль, будто это сдвинет ее с места, как еще недавно делала с арендованной машиной, но это, конечно, не помогает.

Кто-то стучит в стекло.

Поднимаю глаза, ожидая увидеть Оронцо или бога Шиву, но вижу женщину в рубашке на два размера больше, узких брюках и прямоугольных очках. Она безмятежно улыбается.