Книга Сердце ледяного ворона, страница 92 – Наталья Тудаль

Я могла их видеть. Чувствовать их слабые точки.

Мой свет не вернется. Я поняла это с странным, холодным спокойствием. Он не мог вернуться в этот мир, отравленный Имиром. Он был бы как пламя в вакууме — бесполезным и обреченным на гибель. Но то, чем я стала… это могло стать ключом.

Я открыла глаза. Альрик все еще стоял, отвернувшись, его кулаки были сжаты так, что костяшки побелели. Он нес на себе тяжесть двух сломанных судеб — моей и своей матери. Он пытался быть щитом для всех. Но щит не мог нанести удар.

— Лианна, — мой голос прозвучал тихо, но четко в гробовой тишине. Все взгляды устремились на меня.

Она подняла на меня испуганные глаза.

— Мне нужна твоя помощь. И свеча. Самая простая.

Альрик резко обернулся.

— Элира, что ты задумала? Тебе нужен покой.

— Покой не спасет твою мать, — ответила я, и в моем голосе не было вызова. Была лишь простая констатация факта. — И не остановит твоего отца. Мне нужно… провести один эксперимент.

Я увидела в его глазах страх. Страх потерять меня снова. Но я уже сделала свой выбор. Еще в Святилище, когда целовала его замерзающие губы.

Лианна, дрожа, нашла огарок сальной свечи и зажгла ее от очага. Пламя затанцевало, такое живое, такое хрупкое.

— Подойди, — попросила я ее.

Когда она приблизилась, я взяла ее руку и положила ее ладонь себе на лоб. Ее кожа была теплой. Последним отголоском того мира, что я потеряла.

— Что я должна делать? — прошептала она.

— Ничего, — ответила я. — Просто будь здесь. Напомни мне… напомни мне, как это — быть живой.

Я закрыла глаза и обратилась внутрь. Туда, где под толщей нового, холодного сознания, как в ледяной гробнице, все еще тлел крошечный осколок моего старого «я». Осколок Солнечной Принцессы. Он был так мал, так слаб, что его сияния не хватило бы даже на то, чтобы зажечь эту свечу.

Но мне и не нужно было его сияние.

Мне нужна была его суть. Его чистота. Его абсолютное, не омраченное тьмой Имира, «Я».

Я начала ритуал. Не с заклинаний, а с воли. Я представила этот осколок света. Не как пламя, которое нужно раздуть, а как драгоценный алмаз, который нужно огранить. Окружить. Запечатать.

Мой новый холод откликнулся мне. Он пришел не как враг, а как инструмент. Точный и безжалостный. Я направляла его, слой за слоем, обволакивая тот крошечный источник тепла. Это не было убийством. Это была криогенная консервация. Я замораживала его в абсолютный нуль, в состояние чистой потенциальной энергии. Я создавала реликвию. Оружие.

По мне пробежала дрожь. Холод снаружи и холод изнутри сливались воедино. Я чувствовала, как последние отголоски тепла покидают кончики моих пальцев. Кожа стала абсолютно белой, почти прозрачной. Даже дыхание застыло в легких.

— Элира! — я услышала испуганный возглас Альрика, но он был далеко, как за стеной толстого льда.

Я сосредоточилась. Сжимала. Прессовала. Я вкладывала в этот процесс всю свою волю, всю свою любовь к нему, всю свою ярость к Бьорну. Я ковала клинок из собственного сердца.

И тогда это случилось.

Там, в самой глубине моего существа, где когда-то пылало солнце, возникла крошечная, невероятно плотная частица. Она не светилась. Она была темнее самой черной ночи, потому что поглощала весь свет, всю энергию вокруг себя. Но я знала, что внутри нее заключена вся мощь моего утраченного дара. Весь мой свет, сжатый в точку. «Слеза Солнца». Один выстрел. Одна вспышка, после которой не останется ничего.