Онлайн книга «Врачебная тайна»
|
Меня словно окатили кипятком. Это слово ужасом вонзилось в сознание, и началась неприятная, лихорадочная дрожь… — Инквизитор? Но я ничего такого не делала, я могу есть освящённую пищу, честное слово, я готова молиться и работать… Шепчу осипшим голосом, окончательно осознавая, что с этого момента мои проблемы только начинаются. Никогда и ничем хорошим не заканчивается «приём» инквизитора. — Будешь и молиться, и работать, но после того, как тебя осмотрит господин инквизитор, он же не палач, что ты вся трясёшься. Я больше тридцати лет в монастыре и всяких к нам привозили, но никто не швырял предметы, никто не пугал меня до замирания сердца. Веди себя хорошо и больших бед не будет. Как будто маленькие беды не пугают. Пришлось идти впереди матушки, она меня лишний раз и тронуть боится, я сама себя боюсь, если честно. Но иду медленно, хочется надышаться свежим воздухом, пока меня не заперли в очередную коморку. — По правую руку… На развилке свернули на правую дорожку и пошли в другую сторону от жилых построек, всё дальше и дальше от храмов, в самую пустынную часть монастыря. — Вот здесь остановись. Очередной приказ заставил меня замереть перед монастырской стеной. Из-за пышного куста я и не заметила малюсенькой, скруглённой двери. — Открывай, входи и молись, чтобы инквизитор скорее приехал, не по злобе так поступаю, ты должна понять, что у меня нет иного выбора и с мужем тебя отпускать боязно, и среди нас оставлять на воле страшно. Сейчас тебе принесут еду, чистую воду, дырка для нужд, прикрытая крышкой там есть, но если будешь пакости творить, то пеняй на себя. Еды не получишь… Её доброжелательность растворилась в тот момент, когда я, повинуясь собственной наивности, вошла в свою камеру, и дверь за спиной захлопнулась. Евдокия просто меня испугалась. Странная женщина, словно не понимает, что будь у меня способности, какие она подозревает, то двери — не преграда. Но у меня способностей нет, и я попалась… Келья оказалась каменным мешком. Холодным, сырым, и неприятно пахнущим. Самое место для нечисти… Однако это не тюремная камера, здесь вполне обустроено для отшельничества. Деревянные нары с чистой подушкой, соломенным матрасом из плотной мешковины, застеленным белой простынёй и тонким одеялом. Вместо стола — выступ в стене, в углу под низким сводчатым потолком маленькая икона и свет в келье только от её лампады. В углу большое ведро с чистой водой и деревянным ковшиком для омовений. Всё располагает к тому, чтобы начать молиться о скорейшем приезде господина инквизитора. А ещё располагает к тому, чтобы, наконец, основательно подумать о своём незавидном положении, постараться восполнить пробелы памяти и ответить на непростые вопросы: Почему я упорно считаю себя не Анастасией, а Светланой? Почему не помню толком ничего, только какие-то кусочки, причём вперемежку из двух жизней. Одни соответствуют этому винтажному странному миру, другие отличаются картинками кардинально. И я совершенно точно не смогла бы придумать настолько ярко и подробно одежды, технику, образ жизни, телефоны, самолёты, автомобили, да вообще целый мир. Очень странно, почему я осознаю себя Светланой, но почти ничего не помню из её личного прошлого. Всплывают какие-то обрывки, я, кажется, работала с детьми, учительница, психолог, воспитатель? Из-за хаоса новой реальности и эта информация рассеялась. |