Книга Врачебная тайна, страница 4 – Дия Семина

Отрицательно кручу головой, стараясь не завалиться из-за узкой длинной смирительной рубахи, что скрутила мне руки, и ограничивает ширину шага.

— Сейчас тебя оформят по всем правилам и станешь одной из нас. Мы тоже не кусаемся. Понимаем, что к чему. Муж — подлец, родственники жадные, сколько нас таких ссыльных. Может, матушка тебя спасает от изверга, а то так вывезет за город, мешок на голову и в омут. Уж поверь, девочка, лучше так. У тебя дети-то есть?

Снова качаю головой.

— Вот и хорошо, хоть младенчик без мамки не будет маяться. И ты не будешь тосковать. Это хуже всего, когда мать с дитём разлучают. А ты привыкнешь, привыкнешь.

Мария на меня действует успокаивающе. В чём-то она права, ведь если то, что я увидела из прошлого Насти, произошло на самом деле, то у мужа и его любовницы однажды хватило наглости и дури столкнуть несчастную с лестницы. Возможно, ещё раз рискнуть они испугались и потому решили избавиться от ненужной жены более гуманным образом, сослав в монастырь и лишив всего. Но лиха беда начало, все серийные убийцы с чего-то начинали, потом проходит период охлаждения, логика уговаривает обывательский страх наказания, и в конечном счёте Мария права, говоря, что омут — это всего лишь дело времени.

После холодного полумрака приёмной, где муж так настойчиво пытался избавиться от меня и избавился, я на некоторое время зажмурилась от слепящего сияния, отражённого от белоснежных храмов. Какой прекрасный солнечный день и какие ужасные события происходят со мной. А я всё ещё не могу поверить в реальность происходящего.

Открываю глаза и с интересом рассматриваю свою новую обитель. Типичный монастырский двор, чистый, ухоженный, он будто соткан из света и тишины.

Зелёная трава здесь растёт идеально ровно — не клонится, не путается, не выбивается из общего строя. Кажется, будто каждую травинку бережно поправляют невидимые руки, заставляя её расти строго вертикально, ровно на свою высоту, будто вытканный природой ковёр, приглашающий ступить босой ногой в тёплый летний день. Газон идеальный настолько, что я снова подумала, а не виртуальный ли это мир, симуляция? Если этот так, то я точно найду тот самый ключ, для выхода из программы. Нужно стать очень внимательной, наблюдать, запоминать и делать выводы. Но увы, кроме травы и слишком сияющих храмов ничего эдакого я не заметила. Скорее наоборот, реальность ко мне беспощадна.

Каждый шаг лишь усиливает весь спектр неприятных ощущений от кляпа, смирительной рубахи до голода и страха, я будто живая погружаюсь с головой в формалин, через несколько месяцев и на моём лице не останется выразительности, индивидуальность сотрут и сделают одной из идеальных травинок на этом газоне.

Мы идём по неширокой дорожке из серого камня, отполированного ногами сестёр — за десятилетия здесь прошли тысячи шагов, размеренных, спокойных, подчинённых монастырскому ритму. Каждый шаг — часть вечного круга: молитва, труд, снова молитва, а ночью слёзы над своей незавидной судьбой. Это незатейливое, но тяжёлое расписание скоро начнёт приручать и меня, вольную птицу, обламывая острые углы моего непростого характера.

Боже, откуда у меня такие высокопарные мысли…

Никогда не страдала страстью к поэтике, а сейчас понесло, и правда напоминает бредовое состояние, к счастью, я пока ещё понимаю суть того, о чём думаю, и это пугает ещё больше.