Онлайн книга «Пепел желания»
|
— Столица Медных Копей под нашим постоянным присмотром, но доносов о возвращении медного короля не было. — Наша разведка вернулась? На этот раз Кассиан повременил с ответом. А потом и вовсе опустил голову: — Еще одна наша потеря, владычица. Я позволил себе вольность отдать приказ о выдвижении войска на Медные Копи, пока вы были слабы. Завтра на рассвете выступаем. — Они встретят вас на Искаре, — глухо ответила я и, закрыв глаза, снова опустилась на подушки. — Ничего не изменится, мы отмотаем время даже не на год — на шесть лет назад. Все повторится, лорд Кассиан, наша война зашла в тупик. — У вас есть иные предложения? — хмыкнул мужчина. Но я ответила серьезно: — Да. Я поеду туда сама. * * * В том, что Даркхан жив, я была уверена. Вернее, чувствовала по своему состоянию: если этот хлопок как-то связал иллюзию Мираэль с расплавленным медальоном медного короля, а в сочетании с зачарованным кварцем Истины отразился и на нас, то Даркхан мог травмироваться так же, как и я, а это не смертельно. А затем ушел, воспользовавшись паникой, и не завершил начатое, потому что испугался. Но успел сказать главное: он попрощался со мной навсегда. Я лежала на спине в своей постели и смотрела в темное небо за стеклянным куполом. За день меня не навестил только ленивый, но мне самой нужно было включиться в дела Илмариса. Хотя лекари настаивали, конечно же, на покое. Потому я разрешила себе обо всем подумать: вернуться мыслями в день осады, вспомнить взгляд Даркхана, считать его мысли, оценить действия… Какую цель он преследовал, придя сюда? Что значил его странный «ритуал» и последние слова? Они резали по сердцу больнее осколков. Прошел год с момента нашей последней встречи на Искаре — тогда мы просто стояли на разных берегах и смотрели друг на друга. Спокойно, немного печально, но без эмоций. Оба понимали, что настала новая эра в отношениях наших земель, но оказалось, что я хотела союза, а он… молчания. Он не ответил ни на одно мое письмо с просьбой встретиться: ни на официальное, ни на личное. Послы, если возвращались живыми, молились пресвятой Шарат за благословение. Отношения натянулись, хотя я готова была и усмирить гордость, и идти на любые уступки, но после очередной казни конфликт накалился до предела: мы оба выдвинули войска. Но чего он добивался? Зачем? Я знала, что мы нужны друг другу — даже после года молчания. Знала, что он по-прежнему меня хочет, тосковала по его горячим объятиям и обжигающему дыханию, по его исцеляющей меди на моей холодной коже, по его открытости, чрезмерной импульсивности и прямоте, по… нам. И пусть я приняла наш разрыв без объявления причины, но принять гибель своих земель и своего народа не могла. Не имела права. Пора было прекращать это безумие, и потому я пошла на отчаянный шаг — вступила в войну. А теперь, после этого загадочного хлопка, что будет? Новый виток конфликта? Затишье? Кратковременное перемирие? Нет, я устала от всего этого. Если я прибуду в Коварн собственной персоной, он меня не выгонит. Он будет вынужден со мной говорить! Как минимум, выслушать! А остальное на его совести: со своей стороны я сделаю все, чтобы положить конец этому безумию. Я осторожно перевернулась на бок и всмотрелась в дрожащее пламя свечи. Оно разбрасывало причудливые тени на полу моих дремлющих покоев, и я зажмурилась: снова выступили слезы. Сколько раз я представляла, что эти тени — предвестники его появления? Сколько раз вслушивалась в пустую тишину, надеясь уловить заветный шорох? Сходила с ума, садилась за стол, писала очередное послание, сжигала, рыдала и писала снова… |