Онлайн книга «Виват Елисавет!»
|
Пушников схватил её за волосы и пригнул голову книзу, Матвей знал — это чтобы кнутом по ней не попасть. — Держи, — велел он. Матвей, осторожно придерживая затылок женщины, быстро шепнул ей почти в самое ухо: — Скажи, что слыхала тот разговор, и тебя оставят в покое. Мужа тебе всё равно не спасти — он арестован и во всём признался… Но, похоже, она не слышала. Прямо возле плеча раздался свист, и ременная змея протянула по обнажённой спине от лопатки до крестца. Уши заполнил страшный крик, кожа лопнула, прочертив на спине длинную кровавую полосу, а рядом с первой бороздой уже вспухла вторая, затем третья… Захлебнувшись диким, нечеловеческим воплем, она обмякла. — Сомлела. — Фёдор опустил кнут. — Говорил же: натура у ей деликатная больно. Кононов досадливо поморщился. — Подследственную назад в острог. Лекаря к ней вызови, пущай подлечит. Недельку отдохнёт, а там мужика ейного привезут — поставим с очей на очи. Поглядим, чего запоёт. Свободен, Громов. Перебелять нынче нечего… В этот день после службы Матвей впервые в жизни напился по собственному почину… * * * Лиза шла по лесу. Сухие ветки цеплялись за волосы, стволы отбрасывали в лунном свете странные тени. Листва под ногами шуршала от каждого шага, и Лизе казалось, что кто-то незримо следует по пятам. Оглянуться было страшно, хотелось прибавить шаг, но ноги отчего-то вязли в листве, будто по болотине шла. Она уже давно потеряла направление и сбилась с пути, но самым странным было то, что она не помнила, куда и зачем идёт. Что-то большое, тёмное, страшное бесшумно сорвалось с ветки и промчалось над головой, мазнуло по лицу мягким крылом. Лиза захлебнулась сдавленным криком, шарахнулась в сторону и чуть не упала. Деревья расступились словно сами по себе, и Лиза вышла на берег реки. Тёмная вода отчего-то пугала до жути. Казалось, из неё вот-вот вылезет кикимора или водяной… Неровный осколок луны прочертил по чёрной поверхности тонкую дорожку. Рядом послышался не то тихий смех, не то всплеск, волосы на затылке встали дыбом. И тут сквозь заросли ракитника и ежевики она увидела невдалеке огонь. Лиза бросилась в ту сторону и через пару минут оказалась на песчаной отмели, где ярко пылал большой костёр. Возле костра сидели двое, Лиза нерешительно приблизилась, протянула к огню озябшие руки. Фигуры у костра не шевелились, и ей снова сделалось жутко, захотелось заглянуть им в лицо, убедиться, что они не призраки, не нечисть, а живые люди. Та, что была ближе, медленно повернула голову и с изборождённого глубокими морщинами лица, похожего на деревянную маску мавританского бога, что она видела когда-то в кунсткамере, на Лизу уставились горящие, будто угли, глаза. — Смерть мимо прошла, — прошелестела старуха, — лишь крылом осенила. И ещё дважды пройдёт, а потом заберёт. Бахус — личина дьявола, заглянет чёрным глазом в душу и сердце остановит… Лиза отшатнулась, оступилась и упала на песок возле второго человека. Тот поднял голову. Капюшон тёмного длинного плаща соскользнул, и Лиза увидела лицо темноволосого молодого мужчины, отчего-то показавшееся знакомым. Он был бы красивым, если бы не глаза — чёрные, пустые, как дуло нацеленного в лоб пистолета. — Я подожду, — сказал он и улыбнулся. — Всё равно моя будешь! В его руке Лиза увидела длинный окровавленный нож. |