Онлайн книга «Виват Елисавет!»
|
— Алексей Григорьевич говорил, что у Мавры Егоровны есть жених. Мне бы не хотелось, чтобы дело кончилось дуэлью или, того паче, разрывом. — На этот счёт можете не тревожиться, — вздохнула Елизавета, — ежели Пётр Иванович начнёт ревновать, я всё объясню ему сама. Меня больше беспокоит, чтобы не случилось расстройство в вашей семье. — Думаю, с этой стороны нет никакой опасности — моя жена живёт сейчас в имении. — Тогда давайте обсудим план операции. * * * Раннее утро уже озарило сиянием безоблачное небо, в ветвях деревьев пели птицы, и день наливался июльским духмяным теплом. Владимир остановился у ограды. Могильный холм был покрыт плотным ковром маргариток, вплотную к посеревшему за год от непогод деревянному кресту стоял другой — чугунный, ажурный, словно кружевной. А среди металлических вензелей сомкнутыми лепестками вниз висел провдетый длинным стеблем в чугунный ажур цветок кувшинки. Владимир положил у основания креста охапку неброских луговых цветов. — Здравствуй, Соня… Качнула ветвями берёзка, дрогнули островерхие зубчатые листочки. Выжила, значит… Хорошо. Соне должно быть приятно слушать шелест её ветвей… Он присел возле оградки, погладил ладонью деревянный крест. — А Никитка вчера начал ходить… Представляешь? Он так похож на тебя… У него твои глаза… Помолчал, опустив голову и слушая едва различимое дыхание ветра. Словно надеялся услышать знакомый голос. Хотя бы шёпот… — Где ты теперь? — выдохнул он с тоской. — Слышишь ли меня? Помнишь ли? Или там, где ты есть, не до суетных памятований? Сглотнув комок, продолжил: — Отец Феоген говорит, что ты нынче в аду… За грех блудный нераскаянный… А я верю, что Господь не мог наказать за любовь… Он долго сидел, облокотясь на чугунную ограду, глядел на пчёл, то и дело опускавшихся на пушистые белые венчики маргариток. Должно быть, Манефа обихаживает могилку… — Знаешь, о чём я всё время думаю, о чём жалею? — Он провёл ладонью по маргариткам, погладил. — Что не обвенчался с тобой… Если бы я только мог знать, что ты там не мучаешься… Солнце уже подбиралось к зениту, когда Владимир с усилием поднялся на занемевшие ноги, вздохнул, перекрестился. На душе было муторно… Из ветвей берёзы выпорхнула маленькая птичка с желтовато-зеленоватой грудкой. Уселась на верхнюю перекладину креста, затенькала тонким, нежным, как хрустальный колокольчик, голосом. Владимир зачарованно смотрел на неё. Синица перепрыгнула на кованый ажурный крест, затем на ограду и вдруг перелетела и опустилась ему на плечо. Он почувствовал сквозь ткань камзола почти невесомое тельце, услышал шорох цепких лапок по сукну, и птичка, легонько клюнув его в ухо, весело тенькнула и взмыла в небо. Он вскинул голову, вглядываясь в крошечную точку, и ему показалось, что она растаяла в лучах яркого июльского солнца… * * * Неожиданное поручение цесаревны ввергло Алексея в полную растерянность. Как искать шпиона? Из четырёх человек, оказавшихся под подозрением, он был близко знаком лишь с Петром Грюнштейном. Трое остальных, хоть и числились в том же Преображенском полку, служили в других ротах, и в силу замкнутости характера Алексей с ними никогда не общался. И что ему теперь делать? В друзья ко всем спешно набиваться? Он так не умел. С людьми сходился медленно и трудно. |