Книга Не нищая жена, страница 239 – Денни Смит

Эмили слушала эти разговоры, кивала, улыбалась, отвечала, что да, наверное, так и было, не отдавая предпочтение ни одной из версий, и вновь подумала о муже.

Джозеф продолжал вести себя странно. Эмили чувствовала: он что-то скрывает. Что-то, о чем не говорил ни ей, ни доктору. Возможно, он рассказал Томасу или Доналу, но те никогда не обсуждали это с ней, а разговорить их было невозможно. На ее же вопросы он неизменно отвечал одно и то же: он совершенно не помнит событий той ночи. Но при этих словах взгляд его становился жестким.

И Эмили оставалось лишь гадать, что же на самом деле произошло на том проклятом мосту.

Он действительно был старым. Эмили помнила его с детства — широкий, добротный, из толстых дубовых досок, с перилами, на которые можно было опереться и смотреть, как внизу бежит ручей. По нему ездили телеги с сеном, груженые возы с дровами, и ничего — держался. Выдерживал и ливни, и снегопады, и весенние паводки. Но стоило Джозефу проехать по нему одному темной ночью — рухнул.

Она украдкой взглянула туда, где стоял Ласселл.

Тот, как будто, почувствовав ее взгляд или отчаявшись, что она подойдет к нему сама, оторвался от палатки, у которой стоял прежде, и медленно, плавно двинулся в ее сторону. На его лице, как всегда, застыла легкая печальная улыбка, чуть прищуренные глаза — само сочувствие, сама учтивость, само благородство. Никто, даже самый придирчивый наблюдатель, не мог бы упрекнуть его ни в чем предосудительном.

Но Эмили напряглась.

Однако не успел Ласселл сделать и трех шагов, как его путь преградила миссис Бэлфор. Она возникла перед ним буквально из ниоткуда и с победным видом демонстрировала корзину, полную новых покупок — лент, кружев, перчаток и еще бог весть чего.

— Сэр Альберт! — воскликнула она с таким воодушевлением, будто не видела его целую вечность. — Как я рада вас видеть! Вы не поверите, я только что купила эти чудесные ленты. Посмотрите, какой оттенок! Это же настоящая находка!

Ласселл, застигнутый врасплох, вынужден был остановиться и изобразить интерес к ее покупкам. Его улыбка стала чуть шире, чуть терпеливее, но в глазах мелькнуло что-то, похожее на досаду.

— Очаровательно, миссис Бэлфор, — процедил он сквозь зубы, косясь туда, где стояла Эмили. — У вас изящный вкус. Но я, право, не разбираюсь…

— Ах, бросьте! — Миссис Бэлфор уже разворачивала ленту, не замечая его нетерпения. — Вот этот голубой… он подойдет к моим глазам? Или лучше этот — зеленый? — она расправила другой лоскут ткани, — Эдвард говорит, что зеленый мне к лицу, но я не уверена… У вас такой безупречный вкус! Уверена, вы сможете мне помочь.

Ласселл открыл рот, чтобы ответить, но в этот момент рядом, словно по волшебству, возник мистер Дав. Викарий сиял еще больше, чем миссис Бэлфор, и явно пребывал в приподнятом, даже несколько возбужденном настроении.

— Сэр Альберт! — воскликнул он, хватая баронета за локоть так решительно, будто собирался увести его на край света. — А я вас ищу! У нас тут небольшое затруднение с жеребьевкой. Не могли бы вы помочь? Всего на минуту! Честное слово, не дольше!

— Но я… — начал Ласселл, и в его голосе впервые проскользнуло тщательно скрываемое бешенство.

— Всего минуту! — повторил викарий и, не дожидаясь согласия, увлек баронета в сторону, к импровизированной сцене, где уже собралась небольшая толпа. Спастись от него не удавалось еще никому — если уж мистер Дав намечал жертву, та могла лишь покорно принять свою участь.