Книга В пекле немецкого логова, страница 41 – Александр Тамоников

Приговаривая, он, словно бы с трудом, стал сползать с телеги, спускаясь на дорогу. Сам же незаметно для офицера поглядывал в сторону, где солдаты, дожидаясь команды офицера, стояли рядом с пленным.

«Точно — квартира была под наблюдением. Эх, зря мы с Зубовым оставили, хотя и ненадолго, наблюдение за подъездом. Не хватает нам опыта в таких вот заданиях. Видать, этот портной продался немцам, а те решили устроить ловушку в его квартире и поймать связного. Вот и поймали. Парень с девушкой приходили днем проверить надежность связи, и им что-то передали. Но кто и что передал и от кого, мы пока не знаем. Но сразу их почему-то не арестовали. Значит, просто сначала следили за ними. А когда парень вернулся, чтобы передать что-то важное, его взяли…» — думал Шубин, лихорадочно соображая, как ему быть и стоит ли вообще что-то предпринимать в данном случае.

Занятый осмыслением ситуации, Глеб не обратил внимания на подростка, который вышел из дома, возле которого они стояли, и быстро зашагал по тротуару в противоположную от солдат и пленного сторону. Не заметил его и немецкий офицер.

— Что ты, старик, копаешься! — прикрикнул он на Шубина. — Живей разворачивай свою клячу и проваливай отсюда!

Глеб сел на место возницы, успев тихо шепнуть подвинувшемуся Зубову:

— Другого случая у нас может и не быть. Поможем парню.

Неожиданно для офицера он с силой ударил лошадь вожжами и, натянув поводья, вскрикнул, понуждая ее не просто тронуться с места, а сорваться в галоп. Кобылка, не ожидая такого с ней обращения, удивленно присев на задние ноги, всхрапнула и с силой дернула телегу вперед. Шубин ударил по ней еще и еще раз. Чтобы не попасть под колеса, офицер вынужден был отойти немного назад. Лошадь рванула и понеслась, выпучив полуслепые от старости глаза, прямо на стоявших напротив нее автоматчиков и пленного. Шубин быстро достал из-за пазухи пистолет и выстрелил в немецкого лейтенанта как раз в тот момент, когда тот доставал из кобуры пистолет. Офицер упал и больше не двигался.

Зубов, перехватив вожжи из рук Шубина, стал нахлестывать лошадку, не позволяя ей снизить взятую со старта скорость, и кобыла перла напролом прямо на пленного. Тот, растерявшись (все произошло очень быстро, и у него не было даже времени сообразить, что вообще происходит), стоял как столб на месте и даже не пытался никуда бежать. В отличие от автоматчиков, которые, отскочив от него в разные стороны, стали стрелять по лошади. Вернее, они пытались убить возницу и его попутчика, что было сложно, потому как те находились под прикрытием корпуса кобылы. Глеб успел снять одного автоматчика до того, как лошадь начала заваливаться на бок, потянув за собой и телегу.

Зубов и Шубин едва успели спрыгнуть с телеги, как она перевернулась. Не обращая внимания на упавшую конягу, которая завалилась, не доехав до пленного буквально пары метров, Глеб крикнул:

— Чего стоишь, дурень? Беги!

Одновременно с этим он пригнулся, прячась за тело лошади от направленной в его сторону автоматной очереди. Пленный секунду стоял, затем развернулся и кинулся на автоматчика. Схватившись за автомат, он дернул его вверх, пытаясь отнять оружие у своего охранника. На помощь подоспел Зубов и нанес фрицу удар кулаком в лицо. Шубин, подбежав к первому убитому им охраннику, забрал у него автомат и поспешил в сторону Зубова и освобожденного поляка. Зубов тем временем из взятого из рук пленного автомата добил немца, и втроем они побежали по улице. Позади них уже была погоня — слышался стрекот мотоциклов, топот множества бегущих ног и громкий лай собаки.