Книга Прямо в сердце, страница 27 – Салма Кальк

— Это было приданое леди Анны, - сказала камеристка Джеймсон, она вместе с Черити и госпожой Норвич собирала Элизабет в замужнюю жизнь. – Ей не захотели выделять денег, а земель там и сыновьям-то не хватало, поэтому отдали ценности. Там ещё были блюда и подсвечники, но не повезёте же вы их через пролив!

— Отчего же, повезу, - задрала нос Элизабет.

Если можно затянуть сборы – она станет это делать.

Эдвард вздохнул и распорядился выдать ей три серебряных блюда и пару подсвечников.

— Думаешь, там не хватает блюд и темно? – хмыкнул он. – Если что, ты можешь зажигать магический свет. Для него не нужны подсвечники.

— А в подсвечнике, не поверишь, лучше, - ехидно улыбнулась Элизабет, и в качестве доказательства тут же зажгла по серебристому светящемуся шарику на каждом из девяти рожков.

Эдвард только вздохнул – видимо, не мог дождаться, пока отправит её восвояси.

С ней отправлялись Черити, Джеймсон и госпожа Норвич. И всем трём Эдвард строго приказал – не оставлять Элизабет без пригляда ни на минуту. Если одна отлучилась – то две других остались. И спать только в одной комнате с миледи, никак иначе. Миледи должна доехать к жениху живая и здоровая. И нетронутая, конечно же.

Элизабет немногое знала о тайной стороне отношений мужчины и женщины, всё же в замке многих вещей не спрячешь. Но с собой не соотносила это никак. Госпожа Норвич время от времени читала нравоучения о необходимости блюсти себя – но Элизабет даже не целовалась ни с кем, что уж, не говоря о чём-то большем. Она могла бы, наверное, стены и запоры для неё не преграда, но с кем и зачем? Ради того, чтобы попробовать? Ерунда какая.

А что там будет с неведомым мужем – ну, сначала посмотрим на него, на того мужа. Вдруг он окажется ничего себе? А если нет – вдруг получится сбежать? Мало ли, что некромант, лорд-отец тоже был некромант, а утечь от него и скрыться от наказания Элизабет удавалось. И вернуться, когда он уже остывал и только ругал её, но не более. Значит, и с мужем получится.

Правда, пока приходилось выслушивать бесконечный поток нравоучений. От мачехи, от госпожи Норвич, от Эдварда. О том, как ей следует себя вести, чтобы о них обо всех ничего дурного не подумали.

— Элизабет, тебе семнадцать лет. Ты взрослая девушка, такие уже становятся матерями семейства. Ты должна вести себя скромно и с достоинством. Ты должна думать о добром имени братьев и мужа. Ты должна…

Должна, должна, должна. Так и хотелось сказать – тьфу на вас на всех, и сбежать, но сдерживала угроза брата – что тогда пострадают невиновные. Значит, нужно сделать что-нибудь ещё… так, на память. Осталось понять, что именно.

Брат уехал в столицу, должен был вернуться уже с этим неведомым сыном её неведомого жениха. Элизабет воспользовалась законным поводом – необходимостью поднять документы по аренде, она ж ещё не уехала, и значит – делает всё, что обычно – пришла в кабинет, нашла нужное, села в кресло у стола… и задумалась. Нет ли здесь чего-нибудь, что может оказаться ей полезным?

Искать предметы, наделённые силой, она умела лучше братьев. Сосредоточилась, как учил её господин Герберт, прикрыла глаза… и ощутила, что в стене есть тайник. Квадратная полость в каменной кладке, замаскированная магическим путём. Подошла, осмотрела и поняла, что легко его откроет и потом снова закроет.