Книга Лунный камень Сатапура, страница 174 – Суджата Масси

— Они изъясняются однозначно. Несколько чиновников опросили князя Сварупа — его считают важнейшим свидетелем. Вопрос лишь в том, были ли у Адитьи сообщники. В башне нашли дорогую табакерку.

Первин опасалась, что представители британских властей обратят на это внимание.

— Она принадлежит Вандане Мехта.

— Что? — Брови его поползли вверх.

— Вандана мне сообщила, что Адитья пытался вовлечь ее в свои интриги — он хотел, чтобы она воспользовалась своими связями среди англичан и заявила о его праве на трон. Она, понятное дело, отказалась. Из-за этого он насыпал яд ей в сигарету.

— Отравление датурой, — кивнул Колин. — Только я все не пойму, зачем она заигрывала с этим ничтожеством, будучи замужем за моим другом.

— Я замужем. И я с вами заигрываю.

Ее собеседник явно опешил.

— Простите, Колин, не удержалась. — Первин рада была, что сумела его ошеломить. Что до родства между Ванданой и Адитьей, она решила, что раскроет его только в самом крайнем случае. — Мне кажется, Вандана скучала по дворцовому обществу. Случается связаться с человеком, не разобравшись в его сути, а потом уже слишком поздно. Это произошло и со мной: я, не думая, заключила помолвку с мужчиной, которого мои родные почти не знали.

Колин долго вглядывался в нее: явно у него накопилось много вопросов, но он решил оставить их при себе.

Собственно, они оба многое оставили при себе.

— А махарадже придется давать показания? — Если до этого дойдет, с большой долей вероятности всплывет тот факт, что в жилах Адитьи текла княжеская кровь, и тогда начнут устанавливать личность его матери. Узнав, что это Вандана, Колин может счесть необходимым сообщить об этом Язаду — и тем самым разрушит счастливый брак.

— Я опекун детей, — сказал Колин. — По моим понятиям, длинные беседы с англичанами не пойдут им на пользу. А вы как считаете?

В первый момент, услышав слово «опекун», Первин ощетинилась — но ведь Колин говорил правду. Он сатапурский агент, она временная сотрудница, которую подключили лишь потому, что ей пурда не служила препятствием. Но услышав, что он собирается защищать детей и Вандану, Первин испытала облегчение.

— Вы совершенно правы. Захочет что-то обсудить, пусть обратится к их матери.

— Вот на эту тему я как раз и хотел с вами поговорить.

Он протянул ей свежий номер «Таймс оф Индия».

— В газетах пишут о так называемом загадочном происшествии в Сатапуре. Речь идет о смерти старой княгини, похищении махараджи и так далее. И в этой газете махарани Мирабаи выставлена настоящей героиней.

Первин бросила взгляд на сенсационный заголовок, а потом погрузилась в чтение. В статье подробно рассказывалось про похищение юного махараджи изменником-слугой. О попытках махарани Мирабаи спасти жизнь сына говорилось как о примере силы духа женщин Индии. Тут у Первин мелькнула неприятная мысль.

— А князя Сварупа не смущает, что махарани уделяют столько внимания?

— Не знаю. Вчера он попросил освободить его от должности премьер-министра Сатапура. И сразу уехал в свою бомбейскую квартиру, даже не дождавшись ответа.

— Мирабаи сказала, что, когда проводили погребальный обряд над его матерью, он очень горевал, — сказала Первин. — Видимо, ему нужно время, чтобы осмыслить случившееся. Обидно будет, однако, если он переберется в Бомбей. Дети его очень любят.