Книга Лунный камень Сатапура, страница 106 – Суджата Масси

«Назар» — слово арабского происхождения, но Первин хотелось узнать, как его понимает Читра.

— Вы имеете в виду дурной глаз?

Читра принялась разбирать пряди.

— Да. В вашем народе тоже про него знают?

Первин кивнула. Ей не хотелось вдаваться в разговоры о том, что она в это не верит, — тогда Читра прервала бы свою историю.

— Расскажите, пожалуйста, подробнее про богиню.

— Араньяни — всемогущая защитница всех животных. Говорят, еще она может повелевать солнцем, чтобы после дождей вырос хороший урожай. — В голосе Читры звучала мощь, и с той же мощью она перекручивала пряди Первин. — Если богиня Араньяни довольна, махараджа может отдать англичанам зерно и орехи — и крестьянам все равно останется вдоволь.

— Понятно. — Первин попыталась сложить историю в голове. — Танцовщица исчезла и, возможно, отправилась обратно к своей матери Араньяни, так?

Читра сперва подобрала беглую прядку волос, а потом ответила:

— Мама говорит, что Араньяни отказалась принять дочь обратно и во дворец ей тоже ходу не было. Вот с тех пор дочь и бродит по окрестным лесам. Провожает членов княжеской семьи до края леса, и это она велела леопарду убить князя Пратапа Рао. А до того она же погубила его отца, который ничего не сделал для того, чтобы ее оставили во дворце.

Узел на голове у Первин все рос, росло и количество вопросов. Но нужно было соблюдать осторожность и не проявлять недоверия.

— Я слышала, что махараджа Махендра Рао умер от болезни, которой заразился в деревне.

Лицо Читры в зеркале оставалось серьезным.

— Холера распространяется по воде. А у богини есть власть над водой тоже.

— Так вы считаете, что князя Дживу Рао можно спасти, если он на какое-то время уедет отсюда?

Читра покачала головой.

— Нельзя, если все уже предрешено.

Первин уже прописала свое официальное заключение касательно образования Дживы Рао. С этим покончено, и теперь ее разбирало любопытство: была ли Вандана той танцовщицей — а если нет, как именно эта богатая дама связана с княжеской семьей? Нужно будет частным образом задать Вандане еще несколько вопросов, причем до возвращения в гостевой дом.

В дверь постучали, Первин вздрогнула.

— А! Это, наверное, Адитья-ерда, — сказала Читра. — Он обещал, что придет и проводит вас к раджмате.

— Секундочку! — остановила пришедшего Первин. Потом взяла со стола один из трех конвертов. Кого попросить отправить письмо — Адитью или Читру? Ей хотелось, чтобы его отправили не читая. Неизвестно, умеет ли Адитья читать, а вот Читра точно неграмотна, что служит гарантией.

— Читра, у меня есть важная просьба.

— Да? — Девушка устремила взгляд на конверт.

— Когда появится почтальон, отдайте ему это письмо. Оно очень важное.

Читра кивнула.

— Обязательно.

— Сделайте это потихоньку, никому не говорите. И без задержек. — Первин запустила руку в матерчатый кошелечек, который носила на ленточке под одеждой, и дала девушке две анна. — Благодарю вас за то, что так хорошо меня обслуживали.

Письмо, отправленное по почте, было ее тайной страховкой: из него Колин узнает, каково ее мнение касательно будущего махараджи.

На случай, если сама она не вернется.

— Войдете? — спросил Адитья.

Они вдвоем стояли перед залом-дурбаром в зенане.

— Конечно, — ответила Первин и сама почувствовала, как дрогнул ее голос. Она понимала, что махарани ее ждут. В напряжении, но пока не сердятся. Но это ненадолго.