Книга Лунный камень Сатапура, страница 103 – Суджата Масси

Первин поняла, почему Читра хочет, чтобы она задержалась, — дабы избежать гнева хозяев. Однако обед представлял собой слишком серьезную опасность.

— Я с удовольствием приду к раджмате к двум часам, а вот обед вынуждена буду пропустить: мне нужно добраться до гостевого дома до темноты.

— Хорошо, мемсагиб.

— Читра, вы очень опытная горничная. Давно служите во дворце?

— Всю жизнь. Мама моя тоже дворцовая горничная — обслуживает раджмату. У нас все женщины в семье занимались этой работой.

Первин заметила, с какой гордостью Читра произнесла «дворцовая горничная».

— А ваш отец тоже служит, но мужской части семьи?

— Он егерь в княжеском охотничьем домике. У нас тут редко бывает. — Эти слова она произнесла тихо и с налетом грусти.

— Как жалко. А ваша мама давно работает во дворце? — спросила Первин.

— Она начала исполнять мелкие поручения других княжон — они тут теперь не живут — в шесть лет. А когда одна из княжон уехала, получила место при раджмате.

Первин сообразила: уехавшая княжна, скорее всего, Вандана. В любом случае мать Читры давно уже наблюдает за жизнью правящего семейства. Хорошо было бы с ней поговорить — с другой стороны, если мать всей душой предана раджмате, вряд ли она станет откровенничать.

Читра смотрела на Первин, явно ожидая новых вопросов. Первин решила рискнуть:

— Значит, Басу-сагиб был наставником уже трех поколений?

Читра принялась натирать медное основание масляного светильника на столе.

— Да. Он очень нравится раджмате.

Не сводя с нее глаз, Первин сказала:

— Я слышала, что Басу-сагиб также исполняет обязанности дворцового управляющего, потому что предыдущий управляющий — Чираг Дхиллон? — перешел к князю Сварупу.

— Да. Сардарджи^[40] сбежал. — В голосе Читры слышалось презрение.

— Сбежал? — Первин попыталась воспроизвести ее интонацию. — Почему?

Читра принялась усерднее прежнего начищать светильник. И, не поднимая глаз, пояснила:

— Я уверена, что князь Сваруп сам пригласил сардарджи Дхиллона к себе во дворец. Князь Сваруп всегда благоволил к управляющему. Приезжая, обязательно давал ему большой бакшиш.

— Так Дхиллон, наверное, решил, что там будет больше зарабатывать? — Совершенно объяснимый повод поменять работу.

Читра передернула плечами.

— Мне кажется, он хотел сбежать. Потому что этот дворец проклят. Наш махараджа умер от холеры, а через год сына его убили на охоте. И во дворце стало очень печально.

— А вы бы уехали отсюда, представься вам такая возможность?

Глаза у Читры вспыхнули.

— Неужели вы хотите взять меня с собою в Бомбей?

Первин поняла: слова ее прозвучали так, будто она намеревается умыкнуть горничную из дворца.

— Нет. Я неловко выразилась. Просто хотела узнать, не собираетесь ли вы уехать отсюда — получить другое место или выйти замуж.

Читра бросила свое занятие и посмотрела на Первин едва ли не сердито.

— Тысячи девушек за стенами дворца мечтают занять мое место — и примерно у сотни из них есть для этого необходимые родственные связи. Ну покину я дворец — и что со мной будет? У моего отца нет денег на приданое. Я никто.

Может, она бы и хотела уехать в Бомбей. Первин стало от души жалко Читру и других служанок, давно трудившихся во дворце. Она сказала девушке, что хочет отдохнуть, и попросила ту вернуться перед встречей со старшей махарани.