Книга Принц в Бомбее, страница 48 – Суджата Масси

— Который? – уточнила Первин.

Элегантная дама проследила за ее взглядом и тоже остановилась.

— Высокий в шляпе. Видишь, у него за ленточку на шляпе засунут карандаш, он у него и вчера ночью там лежал! – Растом явно разволновался, слова у него вылетали с пулеметной скоростью: – Ничего себе, он препирается с мистером Давентри. Пресс-атташе губернатора!

— С таким лучше не препираться, – сухо вставил Джамшеджи. – Это тот мистер Зингер, с которым ты провел вчерашний вечер?

— Да, папа, – ответил Растом. – Ш-ш-ш, давай послушаем!

Все слова разобрать не удавалось, но до Первин долетел бас Давентри:

— …не входите в число аккредитованных журналистов.

— Ага, не вхожу! Не пустите меня – я как раз про это и напишу! – выкрикнул мистер Зингер.

— Ты, погань черномазая! – оскалился Давентри. Англичанин пытался своим крепким телом оттеснить американца к краю лестницы. Первин ахнула – Зингер не сознавал, что того и гляди сорвется.

Давентри схватил Зингера за лацканы пиджака, шляпа слетела у того с головы – под ней обнаружились гладко зачесанные темные волосы. Американец выронил блокнот и запустил руку в карман.

Растом приложил ладонь рупором ко рту:

— Джей, не связывайся с ним!

Первин тоже повысила голос:

— Осторожнее! Упадете!

— Нет-нет, господа! Только не в нашем отеле! – прокричал тучный человек, который взбегал по ступеням в сопровождении двух официантов. Но пока они добрались до площадки, мистер Зингер вырвался и умчался прочь по коридору.

— Он на нашем этаже! – В мозгу у Первин так и роились разные возможности. Он попытается сбежать через черный ход или запрется у себя в номере?

— Хорошо, что они разбежались, а то пришлось бы нам выступать свидетелями по делу об убийстве, – заметил Джамшеджи, когда Мистри все втроем двинулись дальше по лестнице, миновав место скандала. Начальник охраны расспрашивал Давентри, который все шипел что-то про «нахальных американцев».

Сердце у Первин неслось вскачь. Несколько секунд назад ей казалось, что они сейчас увидят, как человек падает сквозь перила вниз с третьего этажа. Да, лестница покрыта ковром, но площадка расположена даже выше, чем галерея в Вудберне.

Первин скептически разглядывала мистера Давентри. Неразумно со стороны человека, отвечающего за взаимоотношения с прессой, чинить препятствия журналисту.

И это еще не все.

Англичанин назвал мистера Зингера «черномазым», хотя тот американец.

Потасовка в «Тадже» сильно смутила Первин. Через час она уже сидела рядом с отцом на заднем сиденье машины, высматривая в окно следы разрушений или присутствия темных личностей. Оказалось, что в Европейском квартале все тихо. Верховный суд оказался закрыт, на улице – ни автобусов, ни трамваев. Десять тридцать утра – в это время вокруг обычно так и кишат адвокаты и предприниматели, основные обитатели Форта, а сегодня везде почти пусто.

Необычный день.

— Вернулись, машалла. – Голос Мустафы долетел до них сквозь дверную щелку, а сам он в это время отпирал замки и поднимал засовы. – Здесь все было тихо, сагиб^[27], но я на всякий случай не спал всю ночь. Мистер Франджи доставил в агьяри просьбу Каттингмастеров, – добавил он, обращаясь к Первин. – У нас сегодня только сгущенное молоко, потому что разносчик не появился. Чай будет очень сладким.