Книга После развода. Спаси нас, страница 35 – Оксана Алексаева

— Понимаю, но надо держаться, — отвечает Слава, чтобы хоть как-то меня поддержать.

Я сжимаю губы, веки становятся тяжёлыми. Хочется чтобы кто-нибудь сказал, что всё действительно будет хорошо. А лучше, чтобы я сама могла в это поверить.

Слёзы подступают, но я глотаю их, ощущаю привкус соли и лекарств. Главное, чтобы мой малыш выжил. Остальное потом.

Мир постепенно снова стирается. Сознание путается в полутонах, снова погружаюсь в сон, а потом вдруг чувствую чьё-то прикосновение: теплую ладонь, скользящую по щеке.

Когда мои глаза резко распахиваются, не знаю, сколько времени проходит: час, два или целые сутки. Свет уже другой, чуть мягче.

А рядом со мной сидит Матвей.

Врачебный халат сбился на одно плечо, под глазами тени. Усталый, бледный, но такой до боли знакомый.

Сердце сжимается где-то под рёбрами.

— Как он? — голос едва слышен, будто чужой.

Матвей вздыхает, качает головой, но отвечает спокойно:

— В порядке. Прогнозы положительные. Поводов для беспокойства нет.

Говорит уверенно, почти ровно, но я замечаю, как дрогнул уголок рта. Он не просто врач, а человек, который тоже переживает. В этот момент я вдруг понимаю, что все же Матвею небезразлична наша судьба с малышом. Однако лицо у бывшего мужа такое, словно его ещё что-то гложет.

— Спасибо, Матвей, — шепчу едва слышно, но я должна была сказать эти слова.

— Это был мой долг, — отвечает. — Я не мог иначе.

И всё. Просто, как будто разговор окончен, но я не могу остановиться на этом. Смотрю на него, на сильные руки, с царапинами, сухие после бесконечных обработок антисептиком. Руки, которые спасли меня и моего ребёнка.

— Я хочу его увидеть, — наконец произношу.

Матвей чуть привстает, будто собирается протестовать.

— Эля, ты ещё слишком слаба. Надо подождать хотя бы пару дней…

— Пожалуйста, Матвей. Я клянусь, найду силы. Только дай мне увидеть его.

Он опускает взгляд. Молчит. Тяжело выдыхает, проводит рукой по волосам. Говорит, наконец, хрипло. Так, будто решился:

— Эль…

Я продолжаю умолять его одним взглядом, и это срабатывает. — Ладно. Но только под моим контролем.

Матвей подаёт мне руку.

— Осторожно, Эль, — тихо произносит он, и его медовый голос проникает в сознание. Кладу свою ладонь в его, и будто ток пробегает по телу. Обжигает, заставляя дышать неровно.

Кожа к коже, и этот контакт возвращает воспоминания, такие яркие и нежные, что внутри всё сжимается.

Матвей помогает подняться, аккуратно придерживает за локоть, словно я хрустальный цветок.

Я же едва стою на ногах, они будто ватные, но рядом с ним получается. Голова слегка кружится, но Матвей будто знает, где подстраховать, где подхватить. Молчит, но в этой тишине чувствуется больше заботы, чем в самых правильных словах. Мы медленно движемся по коридору вдоль белых стен. Каждый шаг отдаётся болью внизу живота, тело будто вспоминает всё, что пережило.

Но рядом Матвей, и мне почти не страшно. Его рука тёплая и уверенная, дает мне опору, как будто он перенимает часть моего веса на себя.

Слышу, как он ровно дышит, чувствую каждое движение и мне становится спокойнее.

С ним не страшно, с ним всегда было не страшно…

Перед глазами всплывает всё, что между нами было. Наше счастливое прошлое. Летний вечер, пруд за городом, он смеётся, брызгает водой, я визжу, а потом он прижимает меня к себе и говорит: «Я так тебя люблю… Клянусь, мы будем счастливы до конца наших дней…»