Книга Союз стали и шёлка, страница 168 – В.Л. Смит

Шэнь И тихо рассмеялся. Совсем не весело.

— Ты так ничего и не поняла? — он поднял на меня глаза, и в них была та самая странная смесь нежности и сожаления, которую я видела раньше, но не могла разгадать. Словно ему очень жаль меня и мою глупость.

— Что?

— Они не люди, Юнь. Никто из них.

Я замерла. Слова повисли в воздухе, и мир вокруг меня начал медленно, неумолимо рушиться.

47 глава

Через пару часов за мной пришли. На этот раз без верёвок — просто открыли дверь и велели идти следом. Меня отвели в маленькую комнату в конце коридора, с узкой кроватью, столом и окном, выходящим на внутренний двор. Дверь закрыли, щёлкнул засов. Я осталась одна.

И увели в другую сторону. Я слышала, как его шаги удаляются по коридору, и сердце сжалось. Бай-ху сказал, что не может пытать меня, но его — вполне. Я сидела на краю кровати, обхватив колени руками, и прислушивалась. К каждому звуку. К каждому шороху за стеной. Мне казалось, что я вот-вот услышу крик. Или глухой удар. Или что-то ещё, от чего кровь стынет в жилах. Но из коридора доносились только приглушённые голоса, а потом — тишина. Страшная, давящая тишина.

Дверь открылась. Вошла Яо.

Я подняла голову. Она стояла на пороге, держа в руках поднос с чаем, и вид у неё был такой, словно она не спала несколько ночей. Она поставила поднос на стол и села напротив меня, не глядя в глаза.

— Ты правда не человек? — спросила я, голос дрогнул.

Она долго молчала, потом подняла на меня взгляд.

— Прости, золотце, — тихо сказала она. — Но нет. Не человек.

Я почувствовала, как внутри что-то обрывается. Моя Яо. Моя добрая, мудрая, заботливая Яо. Она тоже была одной из них. Одной из богов. И всё это время она молчала.

— Я должна кое-что рассказать тебе, — произнесла она, и её голос стал глуше, словно каждое слово давалось ей с трудом. — О моей сестре.

Я молчала. Она смотрела куда-то в стену, и лицо её было бледным, а руки, сложенные на коленях, дрожали.

— У меня была сестра, — начала она. — Давно. Очень давно. Мы были неразлучны с самого рождения. Она была светом моей жизни. Она всегда была сильнее меня, мудрее, добрее. Она была готова на всё ради тех, кого любила. — её голос дрогнул. — И однажды она совершила то, что боги сочли предательством, они... они возненавидели её. И я потеряла её.

Она замолчала, и я видела, как слёзы текут по её щекам. Она не вытирала их, просто позволяла им падать на сложенные руки.

— Я ищу её уже очень, очень давно. В Юнлани отчетливо ощущаетмя ее сила. Я лишь надеюсь, что это не обман и мы встретимся. — она подняла на меня глаза, красные от слёз. — Ты не представляешь, каково это — знать, что твоя сестра где-то рядом, и не иметь возможности даже увидеть её.

— Мне очень жаль, — прошептала я. — Я не знаю, чем могу помочь. Я ничего не помню. Я не лгу, правда. Я не знаю, где твоя сестра. Я...

Яо покачала головой и вытерла слёзы рукавом и молча вышла.

За окном темнело. Я сидела на кровати, обхватив колени руками, и прислушивалась к звукам дома — далёким голосам, скрипу половиц, шуму ветра за окном. И где-то в груди, под слоями усталости и страха, теплилась крошечная, глупая надежда. Может быть, они разберутся. Может быть, они поймут, что я ничего не знаю о Юньлани. Может быть, они отпустят нас.

Дверь распахнулась. Бай-ху вошёл стремительно, почти ворвался, и я увидела, что он один. Без Яо, без господина Луна, без наставника.