Книга Мачеха под ключ. Праздник с доставкой для сирот, страница 54 – Алекс Ривер

Я не стала называть имени. Дети и так жили в осаде из-за моих выдуманных бродяг. Знание, что за нами следит настоящий, живой и очень опасный человек, могло их напугать еще больше. Особенно Оскара с его богатым воображением.

Напряжение росло. Каждый шорох за окном, каждый скрип ворот заставлял меня вздрагивать и хвататься за первый попавшийся под руку тяжелый предмет — кочергу, подсвечник, чугунную сковороду. Я почти не спала, прислушиваясь к ночным звукам. Дети, чувствуя мою нервозность, стали тише и серьезнее. Даже Оскар перестал болтать с феями вслух.

А Уэст продолжал свою игру. Теперь я видела его регулярно. То он проезжал по дальнему полю на закате. То его силуэт виднелся на опушке леса на рассвете. Он не пытался приблизиться, не делал резких движений. Но его присутствие давило.

И самое противное — я ловила себя на том, что в редкие моменты, когда напряжение и злость отступали, я рассматривала его. Даже на расстоянии в нем чувствовались сила, грация и уверенность. Это раздражало и притягивало одновременно. Я ненавидела эту слабость в себе. Вероника Гордеева не должна была обращать внимание на какого-то провинциального аристократа с манией величия. Но Лора Хейвен, вернее, память ее тела, невольно откликалась на то, как солнечный свет играет на его широких плечах, как легко он управляет мощным животным. Черт возьми!

Кроме того, одинокого всадника со временем стали замечать и дети. Я и тут наврала им, что это кто-то из города присматривает себе землю по соседству для приобретения. Но, видимо, его смущает наша развалюха, и он подумывает, как бы избавиться от нежелательного соседства, а может, даже приценивается, чтобы выкупить Хейвенхолл и снести его.

Ситуация требовала действия. Пассивное ожидание и нарастающая паранойя могли нас погубить. Нужно было либо укрепить оборону до состояния крепости, либо… найти способ нейтрализовать угрозу. Прямая конфронтация была бесполезна — он явно богаче, влиятельнее и, естественно, лучше меня знает местные законы. Оставалось одно — работать еще упорнее. Заработать столько, чтобы нанять охрану, или, в идеале, чтобы он сам потерял к нам интерес, убедившись в нашей полной неприступности и самостоятельности.

Я удвоила усилия. Заключила еще два небольших контракта — на оформление витрины для аптекаря Форбса и на организацию скромного семейного праздника для булочника. Дети трудились рядом со мной, мы плели гирлянды, красили флаги, мастерили украшения из всего, что попадалось под руку. Мы стали похожи на муравьев, отчаянно строящих свой муравейник перед наступлением зимы.

И вот однажды, когда мы с Оскаром и Лилли прямо во дворе красили маленьких садовых гномов, слепленных мной из глины, купленной у горшечника, для сада леди Олдрич, я снова увидела его. Он стоял там же, на границе нашего поля и леса. Я так разозлилась, что решила поговорить с ним, вот только кочергу захвачу для уверенности. Лилли, испугавшись, зашла в дом следом за мной, а когда я вышла, Уэст не сдвинулся ни на сантиметр со своего поста. Но на этот раз он был не один. Рядом с ним, свесив ноги, на пне сидел Оскар. Мое сердце провалилось в пятки.

Я не помнила, как помчалась через двор. Голос у меня сорвался, и я только хрипло крикнула:

— Оскар! Немедленно домой!