Книга Бесстрашная Теодора, страница 137 – Ксения Зародова

Кроме того, в любой момент могло случиться событие, которое бы поставило крест на возможности моего вмешательства на долгие месяцы: я могла забеременеть. С сумасшедшей страстью Эдриана я только удивлялась, что этого не произошло до сих пор. Так что сегодня утром сразу после пробуждения, пока муж не успел встать с кровати, что-то понять или возразить, я просто лишила его сознания, от души надеясь, что он простит мне очередные недомолвки и деятельность за его спиной.

— Ты должна довериться мне, Маргарет, — в очередной раз напомнил дед. — Помни: я желаю супругу Теодоры добра.

— Мы уже дважды тренировались, отец, — поморщилась мама. — Я справлюсь.

Дед с сомнением посмотрел на нее, а потом положил руки на плечи матери. Мама обняла сзади меня. Я положила руки на грудь Эдриана. Порядок звеньев мог быть другим, но мне было проще всего получать силу от матери как от ближайшего по крови человека.

Миссис Уилсон сидела рядом, готовая сменить мать или деда, если понадобится. Хотя переключение на связь с другим виталистом в процессе было крайне нежелательно, поскольку могло нарушить мою концентрацию.

Когда я почувствовала приток силы от матери и поняла, что канал связи сформирован, я приступила к тому, что ранее прошла с Генри. Только сейчас все было гораздо хуже: прореха в ауре Эдриана расползлась на целую ладонь, и приходилось действовать гораздо аккуратнее. Слишком легко можно было собрать оболочку ауры в складки, слишком рискованно было ослабить края, увеличив дыру еще больше. Ресницы Эдриана подрагивали, как мои пальцы, лежащие на его груди.

Я тянула из себя магическую нить, шила и разглаживала, а потом снова вытягивала и шила. Все это было сложнее и дольше, чем с Генри: когда из комнаты ушло солнце, перейдя зенит, не было сделано даже половины работы. К этому времени у меня совершенно онемели спина и руки, лоб взмок, и миссис Уилсон периодически промокала мне лицо платком. Позади я слышала прерывистое дыхание матери. В какой-то момент от напряжения меня стало трясти мелкой дрожью, чего допускать было нельзя. Наверное, нужно было сделать перерыв, но после тяжелой, требующей высокой концентрации работы и последующего отдыха внимание виталиста рассеивалось, и сосредоточиться вновь было тяжело. Поэтому я лишь немного пошевелилась, не убирая рук с груди мужа, и вернулась к своему занятию.

Когда я закончила, завязав аккуратный узел, за окном было темно. В комнате горели магические лампы. Аура Эдриана сияла ровным светом. Почти все было в порядке. Теперь силы не будут непрерывно уходить в пустоту, и мой муж будет чувствовать себя, как здоровый мужчина.

— Теодора, разрывай контакт, — услышала я позади усталый голос матери, убирающей руки с моих плеч.

… Как здоровый мужчина, которому запаса в ауре хватит на двадцать лет жизни. Что я буду делать дальше? Что я буду делать еще два с половиной века — без него?

Быстро, пока меня не успели остановить, я потянулась внутрь, где был тот неприкосновенный запас, который нельзя было трогать и который я немного уменьшила, чтобы вылечить деда. После взрыва я точно знала, что могу справиться с сопротивлением тела и своей магии. Зачерпнув жизненной силы, я щедро влила ее в Эдриана — в том количестве, которое его тело в принципе было способно принять. Перед тем, как в глазах потемнело, я успела увидеть, как на его лице разглаживаются морщины, и подумала, что терять сознание у меня становится доброй традицией.