Книга Бесстрашная Теодора, страница 116 – Ксения Зародова

— Живет в Валедонии, иногда передает мне письма. Получила лекарское образование, вышла замуж и родила сына.

— Наверное, она заслужила счастья, — Эдриан немного подумал. — Ты правильно, сказала, Теодора: я — не твой отец. Пожалуйста, постарайся это понять.

— Я стараюсь, Эдриан. Кстати, об отце. Ты разговаривал с ним? Как он?

— Ничего не знает, не видел и не слышал, — усмехнулся Эдриан. — И, кажется, готов стоять на этом до последнего. Но он сильно сдал после твоего отъезда, Теодора. Неужели ты была готова оставить его одного?

— Нет, Эдриан. Мы договорились, что я заберу его, когда устроюсь сама, а я не знала, уезжая, где в итоге останусь. Я приехала в Гар с мыслью, что готова буду здесь жить только в том случае, если виталисты изменились или готовы меняться.

Он посмотрел на меня:

— Перемены давно назрели. Вся эта ситуация неправильна. Виталисты и стихийники могут одинаково чувствовать, думать, вести себя. А это проклятый конфликт пытается столкнуть нас лбами.

— О, Эдриан, ты понял даже это, — тихо произнесла я. — Ты, наконец, осознал, что мы не враги. Помнится, еще несколько месяцев назад ты говорил мне, что магам жизни нельзя доверять.

— Все благодаря тебе. А теперь я хочу, чтобы это осознали и другие люди. Но не знаю, как это сделать. Ведь и виталисты здесь, в северных поселениях, ведут себя так, будто ненавидят всех окружающих.

— Эдриан! — я вдруг вскинула голову и посмотрела на него. — Ведь ты еще не знаешь главного! Мы с дедом…

— Теодора, — вдруг перебил он, — я действительно еще не узнал главного, но это не касается твоего деда.

Я вопросительно посмотрела на него.

— Давай договорим о нас, Теодора. Ты вернешься со мной в Станингем? Ты выйдешь за меня замуж?

— А твоя мать?

— Я больше с ней не общаюсь.

Не сказать, что я почувствовала облегчение: как бы ни была неприятна мне миссис Брикман, такого я не хотела. Эдриан посмотрел на меня с беспокойством:

— Теодора?

С неба мне на лицо упали первые капли дождя. Как часто бывает осенью, погода резко изменилась, и тучи стремительно затягивали небо. Хотя за этим разговором я могла не заметить, как пошел град.

— Есть еще кое-что. Скажи, ты стал начальником Дозора?

— Да, — кивнул он и внимательно посмотрел на меня. — Мать рассказала тебе, что мне не светило повышение из-за рыжеволосой невесты?

— Верно. И если ты занял эту должность, значит, она для тебя важнее меня?

— Какая глупость, — фыркнул он. — Я сказал приехавшим с проверкой, что не собираюсь отказываться от тебя, и, если это кого-то не устраивает, столичное управление может назначить начальником Дозора кого-то еще. Там подумали и отменили свои требования.

— Может быть, они отменили их, потому что узнали о моем отъезде?

— Я никому не говорил, что ты уехала. Даже если об этом узнали, никто не мог представить себе причины, а значит, предположить, что ты можешь не вернуться.

— Ты никому не выдал меня?

Он посмотрел на меня как на сумасшедшую.

— Но Эдриан, как же ты объяснишь, что у Генри исчезло проклятье?

— Я никому ничего не объяснял и не собираюсь этого делать. Когда пришло время для очередной подпитки, я привез его, как обычно, в госпиталь, и попросил изучить ауру Генри, пояснив, что он стал намного лучше себя чувствовать в последнее время.

— И что сказал виталист?