Книга Тень короля, страница 163 – Мелисса Ландерс

Сейчас было некогда.

Она повернула Нину лицом в зал и высвободила свои пальцы из ее хватки. Нина обеими руками вцепилась в подол, сжимаясь перед алтарем, будто стремясь в нем спрятаться.

— Все хорошо, – шепнула Сериз, – дай руку.

Нина подчинилась. Ее ладонь продолжала дрожать.

— Дом Солон, – громко объявила Сериз всей молельне, – дал свое самое привлекательное дитя, чье лицо было настолько бесподобно, что богиня, привлеченная этой красотой, спустилась с небес и поддалась искушению принять уязвимое человеческое обличье. За свое предательство дом Солон был проклят саморазрушительным обаянием.

Она сжала Нинину руку:

— Стоите ли вы перед богиней в смирении, прося у нее прощения?

Нина кивнула укрытой головой.

— Скажи вслух, – шепнула Сериз.

— Да, – сказала Нина дрожащим голосом.

Сериз погладила нежную кожу Нины большим пальцем, а затем движением, достаточным для разреза, провела по ней клинком. Нина даже не слишком сильно вздрогнула, когда клинок впитал ее кровь и вспыхнул достаточно ярко, чтобы вуаль на миг стала прозрачной.

Прямо перед тем, как свет потух, Сериз мельком увидела лицо сестры – и нечто, что затмевало на нем страх. Черты Нины застыли в безмолвном предсмертном крике. Сериз тут же вспомнила крольчонка в храме и его крики в момент, когда в его клетку забралась змея. Дело явно не в муже Нины.

Итак, если Нина – кролик, то кто – или что – ее змея? Вопрос канул на задворках сознания, когда клинок потемнел и все стали оглядываться в поисках знака, что ритуал подействовал. Генерал Петрос смотрел на свои руки, сгибая и разгибая, будто проверяя раненую конечность.

— Вы чувствуете какие-то изменения? – спросил его Дэрик.

Генерал пожал плечами:

— А ты?

Дэрик ощупал свое лицо, погладил редкую бороду.

— Не знаю. Может быть. Сложно сказать.

Все посмотрели на Киана – единственного человека, который сейчас мог развеять все сомнения в том, снято ли проклятие. Он откинул волосы назад и неотрывно смотрел в глаза Сериз, а за занавешенными окнами сгущались сумерки. В ее глазах вспыхнула искра надежды. Сейчас это было самое сильное желание в ее жизни: чтобы он оставался цельным.

«Умоляю, – молча взмолилась она, – пусть все получится».

В комнате повисла тишина. Все взгляды были прикованы к королю. Никто не пошевелился, а если кто-то и дышал, то Сериз этого не слышала. Казалось, само время остановилось. И едва она подумала, что не вынесет еще хоть мига ожидания, свет в окнах окончательно погас. Остались только огоньки зачарованного пламени под потолком.

С дрожащей улыбкой Киан выдохнул.

Солнце село, а он остался.

Сериз сделала вдох, чтобы поблагодарить богиню, но воздух не наполнил ее легкие и до половины, когда кончики пальцев Киана стали закручиваться кольцами дыма. Он поднял обе руки к лицу, с ужасом глядя, как они растворяются у него на глазах. Он глянул на Сериз, будто ожидая, что она объяснит ему, что пошло не так. Она лишь замотала головой. Она не могла поверить своим глазам, но тени неумолимо забирали его – все быстрее и быстрее, пока от тела ничего не осталось. Последними исчезли его глаза – не грозный взгляд короля, но сломленный взор обреченного человека. Этот взгляд пронзил ее самую тайную и нежную часть души, а затем исчез.

— Нет! – выкрикнула она.