Книга Тень короля, страница 157 – Мелисса Ландерс

Она разделась и подошла к ванне на ножках, по-прежнему держа Клинок Петроса в руке. Спрятала его под ванну и влезла внутрь, погружаясь в воду по шею. Индиго сел рядом и понюхал мыло. Сериз сказала ему:

— Тебя сегодня тоже это ждет.

Он заскулил и прикрыл нос лапой.

— Это не обсуждается.

Тут ее взгляд привлекло что-то в соседней комнате: на полу возле кровати лежал сверток из красной ткани. Прищурившись, она поняла, что это дорожная сумка, но чужая. Вдруг Индиго резко повернул голову в сторону балкона. Уши его встали торчком, а из глотки вырвался утробный рык. Она узнала его – он так же рычал, когда Киан на рассвете тайно появлялся в ее покоях.

В ее спальне кто-то был, но на сей раз это был не король.

Сериз подхватила с пола полотенце и прикрылась им, вставая в ванне.

— Покажись, – приказала она, положив руку на загривок Индиго. – Не то я спущу свою гончую, а он, между прочим, наполовину титановая гиена и не только лает, но и кусает.

— Сдаюсь, – игриво произнес знакомый голос, и перед ней показалась высокая, укрытая вуалью фигура.

Сериз в изумлении открыла рот. Во мгновение ока она узнала свою сестру, даже со слегка округлившимся от беременности телом. Индиго тоже, кажется, узнал ее – из образа в сердечном зеркале? – потому что расслабился и завилял коротеньким хвостом.

Не в силах пошевелиться от удивления, Сериз стояла, сжимая полотенце, и вода с нее капала в ванну.

— Я что, сплю? Или это правда ты?

Нина откинула вуаль, развеивая все сомнения. Улыбнулась, и ее цветущие розовые щеки поднялись. Лицо ее сияло больше обычного. Беременность усилила ее красоту – Сериз и не думала, что такое возможно. Она не могла дышать и даже моргать, вытаращив глаза. Великолепие Нины было почти невыносимым, но Сериз скорее вырвала бы себе глаза, чем пожертвовала бы хоть единым мигом любования сестрой. Вуаль опустилась, и Сериз впервые в жизни не посетовала на это.

— Ничего себе, – сказала она, пытаясь проморгаться, – это и впрямь больно. Как твой муж живет с тобой и не слепнет от того, что не может моргать?

Шелковые юбки Нины прошелестели в такт шагам через комнату. Она подтянула кресло ближе к ванне.

— Он любит меня не так сильно, как ты, – женщина села, указывая на воду. – Сериз, дорогая, мне приятно, что ты рада меня видеть, но залезай-ка обратно. Ты такая грязная.

Сериз ухмыльнулась. Все еще не придя в себя от изумления, она бросила полотенце и погрузилась в воду по подбородок. Стряхнула воду с одной руки и положила ее Нине на живот. Он пока был невелик, но оказался тверже, чем она думала, – как песчаная дыня.

— Тебе придется прятать лицо и от малыша. Дети никого не любят так, как свою… – она осеклась, окончательно придя в себя. – Погоди-ка. Ты что здесь делаешь?

Нина засмеялась:

— Я тоже рада тебя видеть, Сериз.

— Тебя послали мама с отцом?

Нина не ответила, и это означало нет.

— А они хоть знают, что ты здесь?

Снова тишина.

— Хоть кто-нибудь знает, что ты здесь?

— Конечно, глупышка, – сказала Нина. – Я уже два дня живу в твоих покоях. Я не прокралась мимо стражи. Меня сюда пустила служанка, а мальчик с кухни приносит мне еду.

— Трое слуг? – переспросила Сериз. – Только они знают, что ты здесь?

— Четверо, – поправила Нина.

Не лучше. А муж Нины? Он, должно быть, тоже не знал о ее поездке, иначе сопровождал бы ее ко двору.