Книга Избранница сильнейшего мага, страница 94 – Екатерина Политова

А я вдруг поняла, что ректор фон Кирс был не уверен в успехе. И у него не получалось от меня это скрыть.

Он открыл для меня дверь и, когда я вышла, мы оказались очень близко друг другу. Адам наклонился ко мне и нас теперь разделяли лишь какие-то сантиметры.

— Если что - защищай себя, не жалея сил, и беги. Поняла? Лучше я, чем ты.

— Никуда я не побегу, Адам. А не давать пустых обещаний вы меня уже давным давно научили…

Я ещё не закончила, как он поцеловал меня. Вот так, на улице, при своих людях. Почти что при всех.

Лаборатория будто не изменилась вовсе. Столы, заваленные инструментами и книгами, полки со склянками, в которых были заключены какие-то светящиеся газы. И стол в центре этого всего, где по-прежнему восседал тот самый учены.

В какой-то момент мне подумалось, а вдруг он даже не следит за временем здесь, в этом подвале? Вдруг даже не знает, что там снаружи уже снег?

На стенах по-прежнему были закреплены светящиеся белым трубы, в которых что-то кипело и именно они давали здесь свет.

— Фон Кирс, — ученый небрежно отбросил в сторону какой-то листок и рывком поднялся. Воспаленные красные глаза уставились на меня. — И ты. Ещё жива? Поздравляю. Хотя это скорее не твоя заслуга.

— Это её заслуга, — оборвал его Адам и скинул с себя плащ, бросив его на близлежащий стул, туда же он бросил перчатки. Открыв взору ученого и черные волосы, и черные разводы на запястьях ректора уходящие под манжеты белой рубашки.

— Разрешите поинтересоваться, что с вами произошло? — ученый сощурился и принялся ходить вокруг нас, разглядывая Адама. — Разрешите провести несколько тестов? Для науки.

Он криво ухмыльнулся при этом.

А я с ужасом увидела, что Адам задумался, и тронула его за руку. Он тут же обратил на меня внимание, но будто от мыслей не отказался.

— Все результаты я сначала проверю лично, — ответил он ученому.

— Вы серьезно? — опешила я.

Адам смерил меня спокойным взглядом.

— После меня будут другие маги использующие тьму. И им это будет полезно.

— Там ещё была я, — тихо пробубнила я, опустив глаза.

— Верно. Это мы тоже укажем, — Адам холодно взглянул на ученого. — Про секретность этих данных, думаю, объяснять не стоит?

Тот лишь обиженно фыркнул в ответ:

— Я и так ваш раб, а вы мне всё ещё не доверяете.

— Отчасти доверяю.

Ученый сощурился взглядевшись в лицо Адама.

— Вы будто… несете тьму не магией, а физикой, в собственном теле.

— Скорее стихия тьмы заточена в нем, — поправил Адам равнодушно.

А я поняла, что прекрасно он собой управляет. Просто рядом со мной… ведет себя иначе.

Тесты оказались медленными и утомительными. Адам сидел на металлическом стуле, рукава закатаны, плечи расслаблены, полностью спокоен, пока ученый занимался своим делом. Возле него парили аж два волшебных листа, на которых с какой-то невероятной скоростью появлялись формули и тексты, порой они вырывались в воздух и тухли.

Ректору измеряли реакцию магического источника, записывали, как тьма откликается на внешнюю магию, проверяли пульсацию магии в его теле. Я не знала всех этих артефактов и инструментов. Но Адаму явно самому были интересны полученные результаты. Поэтому он был предельно терпелив и отвечал на вопросы ровным, спокойным голосом, словно это была обычная бюрократическая процедура.