Книга Избранница сильнейшего мага, страница 97 – Екатерина Политова

— О чем торг? — я требовательно уставилась ему в глаза снизу вверх. Отходить от Адама я не хотела, но и прикасаться к нему при этом человеке опасалась.

— Не переживайте на этот счет, — небрежно зевнул ученый и пошел к своему столу. — Фон Кирс не стал бы тем, кто он есть, если бы не обуздал это. По части стихии тьмы много теорий. Одна из них, — он развернулся ко мне и поклонился, — вашего покорного слуги. И гласит она, что частично высшая сила стихии тьмы построена на магах. То есть физически. На их магии она растет и развивается и это про… природа. Как хищник ест, чтобы жить. Так и стихия тьмы.

Я слушала не перебивая, потому что было очень интересно. Но краем глаза поглядывала на Адама на полу. Искала хоть малейшие признаки движения. Но его дыхание было спокойным, а лицо не двигалось. И чернота с волос не сходила, что заставляло меня нервничать.

— В какой-то мере мою теорию подтвердил сам фон Кирс. Мне давно был нужен маг его уровня, кто добрался… точнее сказать, осмелился добраться до этих высот. Или глубин, как знать, — ученый пожал плечами, раскачивая на дряхлом стуле и тоже поглядывая на ректора. — Так вот. Там и правда есть отголоски других людей.

— Что?.. — шокированно выдохнула я.

— Людей да. Ну… уже не людей. Уже только бесплотные фантомы их силы. Отдельные всплески воспоминаний, эмоций. А вы думаете, почему так много магов огня в верхах? Так много магов Бездны, хотя и там есть свои условия. Маги земли, но в основном творцы. Света, у созидателей. Но почти нет тех, кто использует тьму на более высоких уровнях. Просто сделать что-то простое, — он щелкнул пальцами выпустив в воздух черный дым. — легко. А вот дальше уже начинаются проблемы. Творцы любят использовать тьму, но в более тонких материях. А вот разрушителям тонкие материи не нужны. Разрушитель - уничтожает, убивает…

— Не только, — резко оборвала я.

— Ах, — ученый рассмеялся и провел рукой по растрепанным седым волосам. — Вы слишком гуманна, я забыл. Хорошо - защищают. Хотя порой это тоже может потребовать от вас тяжелых решений. Я к тому, что сама сила типа магии разрушения требует бОльших всплесков, больше энергии. Отсюда и запросы у магии тьмы больше.

— Почему он выбрал именно это? — тихо спросила я, глядя в лицо Адама, подсвеченное тусклым светом труб на стенах.

Вопрос был скорее к нему, а не к ученому. Поэтому и ответа мне не дали.

— Так в чем же торг? — я подняла глаза.

— Смотря что просит тьма.

Она могла просить меня. Он это много раз говорил. Она могла просить и его самого… И от этого сердце сжалось в тревоге.

— Он ведь может отказаться от этой магии?

— Высшие маги не могут отказаться от своей стихии, в какой-то момент она становится для них как… воздух. Думаю, вы понимаете о чем я. Или, возможно, скоро поймете, если всё ещё боитесь собственных сил.

Когда я опустила взгляд, то вдруг обнаружила, что глаза Адама открыты и он смотрит в потолок. Я тут же бросилась к нему и села возле головы.

— Вы в порядке?

Он медленно перевел взгляд на меня. Левый глаз всё ещё был черным и я закусила губу.

— Да, — хрипло отозвался он и, опершись ладонью в пол, сел.

Из рамы зеркала в воздух выплыли три волшебных листа, сияющих формулами. Я сощурилась, чтобы успеть прочитать, но ученый ловко и быстро собрал их.