Книга Системный Друид. Том 1, страница 73 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Я двинулся раньше, чем успел подумать. Рывок бросил меня вперёд, мир дёрнулся и размазался, а в следующее мгновение я оказался между девушкой и тварью.

Каменная Плоть активировалась за долю секунды до удара. Шип врезался в моё предплечье с глухим стуком, отскочив от затвердевшей кожи. Боль была приглушённой, далёкой, как будто принадлежала кому-то другому.

Я подхватил с земли камень размером с кулак и метнул его в морду варана. Бросок был точным, камень угодил твари прямо в глаз. Варан взревел, мотнул головой, на мгновение потеряв из виду цель.

Этого хватило.

Я обернулся к девушке. Она смотрела на меня широко распахнутыми глазами, серо-зелёными, с золотистыми крапинками вокруг зрачков. Её губы приоткрылись, словно она хотела что-то сказать, но слова застряли в горле.

Красивая, отметил я мимоходом, доставая из поясной сумки баночку с мазью. Лицо с мягкими чертами, чуть вздёрнутый нос, упрямый подбородок. Прядь тёмных волос выбилась из хвоста и прилипла к щеке.

Наши взгляды встретились, и я увидел, как румянец заливает её скулы.

— Держи, — я сунул ей в руки баночку. — Намажь лодыжку, поможет с отёком.

— Кто… — начала она.

Я подмигнул ей и рванул в сторону, прямо на варана.

Тварь уже оправилась от удара и снова фокусировала взгляд на добыче. Я свистнул, громко и резко, привлекая внимание. Голова варана дёрнулась в мою сторону.

— Эй, чешуйчатый! Сюда смотри!

Я бросился бежать, уводя зверя вглубь леса.

* * *

Варан оказался упрямым существом.

Он преследовал меня почти час, ломясь через подлесок с упорством, достойным лучшего применения. Я использовал каждый приём из арсенала старого егеря: менял направление, путал следы, проскальзывал под поваленными стволами, перепрыгивал через овраги.

Тварь была быстрой на коротких дистанциях, но выносливостью похвастаться не могла. Я чувствовал, как её рывки становятся короче, как замедляется топот тяжёлых лап. Голод и ярость гнали варана вперёд, но усталость брала своё.

Через полчаса погони я выбрался к небольшому ручью и перешёл его вброд, специально выбирая места поглубже. Варан остановился на берегу, принюхиваясь. Рептилии вообще плохо держат след через воду, это я помнил.

Я прошёл по руслу метров двести, потом выбрался на противоположный берег и затаился за валуном. Варан ещё какое-то время топтался у ручья, сердито фыркая и шипя. Потом развернулся и потрусил обратно.

Я выждал ещё десять минут, прежде чем выдохнуть. Тягаться с третьим рангом мне еще рановато. Хотя удар его я выдержал. Как говорится, тренировки окупились!

Обратный путь занял больше времени. Я двигался осторожно, проверяя каждую тень, прислушиваясь к каждому шороху. Усиленные чувства работали на полную мощность, вылавливая малейшие признаки опасности.

Место, где я оставил лучницу, пустовало. Только примятая трава и след волочения указывали на то, что здесь кто-то был. Видимо, друзья вернулись за ней, когда поняли, что она отстала. Хорошо.

Я уже собирался уходить, когда заметил кое-что на нижней ветке молодого дерева.

Платок. Небольшой, из тонкого синего шёлка, с вышитыми серебряной нитью инициалами «Э. Л.» в углу. Он был повязан так, чтобы его заметили, слишком аккуратно для случайности, слишком нарочито для простого забытого предмета.

Я снял платок с ветки, провёл пальцами по гладкой ткани. От неё пахло чем-то лёгким, ванильным, едва уловимым. Запах, который остаётся на вещах после долгого ношения.