Книга Тени на мосту, страница 33 – Анастасия Белинских

— Но случилось с тобой, — сказала я недовольным и одновременно повышенным голосом, — а последствия вообще могли быть плачевными.

Мартин повернул мне экран телефона, чтобы показать фотографию, и с грустным вздохом сказал: «И оказались такими для моей ниндзи». На фото был мотоцикл с видимыми повреждениями, отломанными зеркалами и помятым корпусом.

Я рассмотрела фотографию. Подняла взгляд на мотовладельца. Рассмотрела и раненого его. И сказала: «Это всего лишь железо. Да, пускай и занимающее важное место в твоей жизни, но все-таки железо. Главное, что сам ты жив».

— Пожалуй, ты в чем-то права. Мне и правда повезло.

— Это уж точно… А что будет с мотоциклом?

— В сервис. Недели две-три, и снова будет на ходу. За него возьмутся лучшие специалисты.

Я вдруг осознала, что в скором времени Мартин вновь вернется в игру — игру со своей судьбой. Меня охватил страх. Страх за его жизнь. Ведь я знала, что настоящий гонщик назад не отступает и после каждого поражения снова возвращается в гонки.

Стараясь сдерживать свои негативные эмоции при себе, я взялась за обрабатывание ран на лице Мартина. Для этого он пересел на диван, а я, расположившись перед ним на коленях, ватной палочкой стала смачивать хлоргексидином огрубевшие от крови губы. Я снова заметила пристальный взгляд моего «пациента», следящий за каждым моим действием. И за этим взглядом скрывалось нечто, что я точно не ожидала сейчас услышать:

— Я хочу тебя поцеловать.

Я метнула безумный взгляд в глаза напротив: «Такое вряд ли возможно. Должно быть, ты сильно ударился головой при падении».

— Нет, Аль, я серьезно, — он приподнял мою голову, взяв за подбородок так, чтобы я не опускала свои глаза. Прикосновение его теплой руки, пожалуй, очень притягивало меня к нему. Я понимала, что мне нравится ощущать его легкие и неожиданные касания, его теплое дыхание так рядом, мне нравится ловить его скользящий по мне взгляд. Но я была очень принципиальна и рассудительна. Не давала волю чувствам, вырывающимся из меня словно гейзер, бьющий из-под земли. Не давала свободы выбора сердцу, так сильно стучащему в этот момент до отголосков эха по моей груди. И, конечно же, я не могла допустить ни малейшей близости.

Но сейчас мне стоило что-то ответить.

— Прости, — я убрала его руку от своего лица, поднялась и подошла к окну. Я сначала не поворачивалась к собеседнику, — это неправильно… Мартин, ты мне нравишься. Не скрою, в тебе что-то есть, что притягивает. Но для меня это сложно, — затем я развернулась и посмотрела на него, все так же сидящего на диване.

— А мне нравится в тебе это.

— Нет, ты меня не понимаешь. Лучше оставить все как есть.

— Именно это. Недоступность. Твоя непроницаемость, — он мягко смотрел на меня, словно гладил взглядом мои волосы и лицо. Я следила за его глазами. А внутри меня кипели чувства. И мысли рвались наружу одна за другой.

— Тогда у реки ты сам мне рассказал о себе: ты непостоянный. Поверхностный. Твои жизненные идеалы… Принципы… Твои цели… У тебя ничего нет. Ничего серьезного, перспективного, — я понимала, что начинаю закипать. — Ты… Ты… Ты просто легкомысленный прожигатель жизни! И дело даже не в этом, — мне следовало погасить пламя своих эмоций, и я опустила голову, закрыла глаза и тихим голосом повторила, — давай оставим все как есть. Пойми, я к тебе очень хорошо отношусь, но твои взгляды на жизнь — далеко не то, что мне нужно. Мы просто не подходим друг другу, так бывает. Но мы можем остаться близкими друзьями.