Книга Тени на мосту, страница 31 – Анастасия Белинских

— Я уже рассказывал тебе про друзей… Я мало кому могу довериться. Дэмке бы мог, так у него тоже малая дома. Вот и Аринку я не хотел пугать.

— А что насчет той девушки? — после вопросительного взгляда Мартина я добавила, — ну про которую ты рассказывал, когда моих советов просил — помогли, кстати?

— А-а-а, ты про эту, недосягаемую. Да как тебе сказать. На заботу вроде как напросился: в кювет слетел, раны заработал, за помощью вот как раз приехал, — Мартин стал хитро улыбаться, осматривая меня и ожидая какой-либо реакции в ответ.

— Это что, шутка такая? — я поставила кружку с кофе на стол двумя руками, не решаясь за разговором пить дальше. — Это все из-за меня? Из-за меня ты слетел с дороги?!

— Слетел не из-за тебя, — быстро ответил Март, пока я не начала ругаться, — но так совпало, что последовать твоему совету оказалось уместным как раз сегодня: я обратился за помощью по адресу, верно же? — ссылался Марти на мои слова, сказанные ему минутами ранее.

Я поняла, к чему ведет Мартин: той девушкой, о которой он говорил еще в прошлую встречу, была я. Но, если быть честной, я не думала, что он это серьезно. Скорее, мимолетная симпатия. И наверняка я у него такая не одна.

Когда Март допил чай, я уложила его на диван, а сама осталась сидеть за столом. И хоть он и не планировал спать, все же уснул.

Пять часов утра. Самое время навести порядок в своей голове и расставить все по местам. Копаясь в мыслях о Мартине и его отношении ко мне, я пришла к тому, что он мог пользоваться моей добротой и отзывчивостью, найдя в одном лице приятную девушку и доброе сердце. Я понимала его душевное одиночество, но при этом отчетливо представляла его любовь к свободе, за которой он прятался столько времени. Отпустить ее просто так ему было бы не по силам — думаю, сам он это вряд ли может понять, и потому он впускает в свою жизнь кого-то нового только на время, боясь ответственности, боясь привязанности, боясь навсегда проститься со свободой.

Но я почему-то не была против того, чтобы он обращался ко мне за помощью. Я, наоборот, раз за разом бескорыстно желала помочь. Его жизнь, не имеющая для него самого никакого значения, стала значимой для меня…

Я понимала и то, что с каждой встречей этот человек все больше притягивал меня к себе, несмотря на его противоположную мне сущность.

После затяжной рефлексии я почувствовала необходимость в бокале вина. Достав из холодильника открытую бутылку грузинского полусладкого, я наполнила себе бокал красным напитком и тут же принялась за него, поглядывая между глотками на спящего гостя.

Быстро допив и ощутив нарастающую раскованность и снятие напряжения, я вскоре уже была не способна размышлять о чем-либо еще. На меня навалилась усталость. Глаза стали смыкаться, а тело ослабло. Мартин заманчиво крепко спал на диване, и на дурную сонную голову мне захотелось прилечь к нему, чтобы можно было поближе рассмотреть его лицо, пока сам он этого не видит.

Я легла, положив руки себе под голову. Я легла лицом к его спящему лицу. И в течение нескольких минут я рассматривала черты чуждого мне, но такого приятного лица. Умилялась при виде легких уставших век и испытывала печаль, когда смотрела на разбитые приоткрытые губы и царапины на щеках. Наверное, где-то через полчаса я, как и Мартин, не желая засыпать, случайно погрузилась в глубокий сон.