Книга Серая шейка. Непридуманная смерть, страница 54 – Груша Ерофеева

Призрак бабке быстро надоел. И она взялась за меня. Следила сквозь приоткрытую дверь. И однажды вылетела с дурными глазами и лысой головой — оказывается, до этого на ней был парик — кинулась вслед за мной по лестнице, брызгая чем-то мне в лицо:

— Изыди, сатана!

Пришлось искать телефон дочери этой ненормальной, звонить. Но дочь отбрыкивалась:

— Я не хочу её сдавать в психушку, её там обколют и она станет овощем, не сможет жить одна, а у меня муж категорически против! Вы понимаете! Он со мной разведётся, если мать перевезу к нам!

Следом за мной жалобу на старушку написала моя соседка. Бабка кидалась на неё с криком «проститутка». Соседка — судебный пристав, замордованная работой. Живёт в однокомнатной квартире с дочкой, и мужиков я у нее не видела и не слышала. Мужики были мои. Но бабушка не связывала появление молодых мужчин на нашей площадке со мной. Поэтому «воспитывает» единственную молодую женщину на площадке.

Вот такая у нас психиатрическая помощь. Человека можно лечить или добровольно, или по решению родственников. Ну или через волю суда, как с моим папой. В итоге мой папа сидит с маньяками, а реально больная бабка терроризирует соседей. Бывают дни, когда я боюсь зайти в квартиру. Чтобы открыть два своих замка, мне нужно повернуться спиной к двери сумасшедшей бабки. Что она сделает за ту минуту, пока я открываю? Опять окропит меня святой водой? Или махнет уже топориком? Чтобы не рисковать, я прошу кого-нибудь из соседей подстраховать меня, пока вхожу в квартиру.

К отцу я езжу или одна, или с мамой. Стараюсь не откровенничать с ней и не затрагивать тему моего развода. Нас объединяет только одно — беспокойство за отца и желание выцарапать его из этого страшного места.

Свой ядовитый вопрос в адрес гадюки-сестрички не выпускаю на волю. История с психушкой — её рук дело. Не согласился папа добровольно обменять условное уголовное наказание на статус психа, она проделала это руками судьи. Будет теперь должна коллеге за свою спасенную карьеру. Это обычное дело — расплачиваться услугой за услугу. Взятки девяностых годов уже не актуальны. На взятках можно попасться. А взаимные услуги доказать почти невозможно.

Трешак в моей жизни набирает обороты. Разводы. Суды. Папа. Мамино лицемерие. Подлость сестры. Сын, который продал меня за материальную поддержку отца.

Раньше мне для восстановления сил требовалось уединение. Денёк посидеть дома, повязать, пошить, почитать — энергия и желание жить дальше возвращались. Сейчас стало всё сложно. И чаще хочется просто лечь и отвернуться к стенке. И забыть хоть ненадолго всё это.

Но забыть не получается. Даже во сне меня мучают тревожные мысли. Я куда-то бегу, спасаюсь от змей, пытаюсь выжить. Просыпаюсь в ужасе. И понимаю — мой бег от змей не прекратился. Во сне и наяву эти змеи преследуют меня. Но днём можно хоть как-то отвлечься. А ночи становятся просто невыносимыми. Я их боюсь.

— Ты что, еще спишь? — будит меня телефонным звонком Василий. — Поднимайся срочно. Солнышко встало! Птички поют! Я подъеду минут через пятнадцать!

Какого... э-э-э-э-э... тебе надо, Васенка? Хотелось спросить. Но не моглось. Мне и так было стыдно. За свой сон до обеда. За тяжесть неподъемную в теле. Комплекс хорошей девочки грыз и рвал мою совесть зубами. Порядочные женщины уже упахались на благо семьи и Отечества. А я бесстыдно сплю.