Книга Литания Длинного Солнца, страница 118 – Джин Родман Вулф

— Если б ты поговорил с ним, патера…

— В прошлый раз он даже на порог меня не пустил, но я попробую.

Мать Ломелозии вздохнула, бросив взгляд в сторону дочери.

— А еще я, патера, у нее на подушке пятнышки крови нашла. Совсем небольшие, только с ростенью и заметила. Думала, это из уха, ан нет… и знобит ее сильно.

Тут Ломелозия, к общему их удивлению, приподняла веки.

— Старик… Страшный, – еле слышно пролепетала она.

Мать подалась к ней.

— Что? Что с тобой?

— Пить… Хочется.

— Принеси ей еще воды, – велел Шелк.

Мать Ломелозии поспешила к дверям.

— Что за старик? Он тебе сделал больно?

— С крыльями…

Взглянув в сторону окна, девочка снова смежила веки.

Семейство Ломелозии обитало не так уж низко – в четырех лестничных пролетах от земли, о чем Шелк, невзирая на боль в лодыжке, одолевший все четыре, помнил гораздо лучше, чем хотелось бы. Поднявшись, он дохромал до окна и выглянул наружу. Грязный и тесный внутренний дворик далеко внизу, над головою – последний, чердачный этаж; сужающиеся кверху стены из желтоватого, выцветшего на солнцепеке голого кирпича…

— Скажи, Ломелозия, он с тобой разговаривал? А ты с ним? – спросил Шелк, вспомнив, что, согласно преданиям, вступать в разговоры с демонами – не к добру.

Девочка не ответила.

Секунду спустя в комнату вернулась ее мать с чашкой воды. Помогая ей приподнять и усадить Ломелозию, Шелк полагал, что напоить девочку будет непросто, однако та осушила чашку до донышка сразу же, едва край глиняной посудины коснулся ее губ.

— Принеси еще, – распорядился Шелк и, как только мать Ломелозии скрылась за дверью, перевернул безвольное тельце девочки набок.

— К ней, никак, демон являлся, патера? – спросила мать Ломелозии после того, как девочка выпила еще чашку воды.

Шелк вновь опустился на приготовленный для него табурет.

— Думаю, да, – подтвердил он, скорбно покачав головой, – а ведь вокруг и настоящих хворей – хоть отбавляй. Как же ужасно…

На сем он умолк, оставив мысль незавершенной.

— Что же нам делать? Чем ей помочь?

— Уход обеспечить. Питание. Воды давать, сколько ни попросит. Сдается мне, она потеряла немало крови…

Сняв с цепочки на шее пустотелый наперсный крест, Шелк попробовал пальцем остроту стальных кромок.

— Патера Щука рассказывал о демонах подобного сорта, а было это… – Прикрыв глаза, он подсчитал в уме недели и месяцы. – А было это примерно за месяц до его смерти. Я ему не поверил, но из учтивости выслушал и теперь крайне этому рад.

Мать Ломелозии истово закивала.

— Он рассказал, как прогнать его?

— Прогонять уже некого, – рассеянно пояснил Шелк. – Сейчас нам нужно предотвратить его возвращение, а как? Наверное, проделав то же, что в свое время сделал патера Щука. Понятия не имею, где он мог этому выучиться и насколько оно надежно, но, по его словам, более демон ту девочку не тревожил.

Опираясь на трость Крови, он дохромал до окна, уселся на подоконник и высунулся наружу, ухватившись свободной рукой за край старой, изрядно растрескавшейся оконной рамы. Невысокое узкое окно позволяло без труда дотянуться до раскрошившихся кирпичей чуть выше проема. Острым углом одного из четырех гаммадионов, составлявших крест, Шелк нацарапал на кирпиче знак сложения.

— Я тебя придержу, патера, – сказал отец Ломелозии, обхватив его ноги выше коленей.