Книга Под одним небом две судьбы, страница 99 – Мия Соул

Сюй Цзе, до этого момента хранивший грозное молчание, наконец заговорил. Его бас придал моим словам неоспоримую силу.

— Госпожа Ли Вэй совершенно права, — произнес он, обращаясь к Ван Яньси. — Мне больно слышать, что старшая госпожа поместья Ли может усомниться в моих намерениях. Охранять невинность и помогать попавшим в беду — долг воина и верного слуги трона. Видеть в этом нечто порочное… — он сделал театральную паузу, — это, простите, граничит с клеветой на мою честь. А честь для меня — все.

Боги, да тут все отличные актеры. Складывается впечатление, что умение участвовать в семейных интригах и врать без зазрения совести у всех жителей этого мира в крови.

Ван Яньси побледнела, и даже в темноте я разглядела, как принц Сяо Сюэ рассвирепел. Кусай локти, наследник. Здесь не ты один самый умный.

Мачеха отступила на шаг, беззвучно шевеля губами. Она была повержена.

Отец с облегчением выдохнул. Вся эта история с пьяной служанкой и благородными защитниками была куда предпочтительнее скандала, который мог бы запятнать имя Ли.

— Ну что ж, — произнес он громко, обращаясь ко всем гостям, — все прояснилось! Несчастное недоразумение, не более. Дочка, — он кивнул мне, — ты поступила правильно, проявив заботу о служанке. А вас, генерал и господин Чжоу, — он поклонился им обоим, — я благодарю за помощь. Не знаю, чтобы мы делали без вашего покровительства.

— Я ценю благодарность, — холодно отозвался Сюй Цзе, — но напоминаю, что истинные виновники не наказаны. Кто-то же опоил служанку.

Ли Жунь кивнул, принимая этот намек. Затем его взгляд упал на все еще рыдающую Сяо Лань. Но теперь в его глазах читалось не гнев, а скорее досада.

— Успокойся, девочка. Наказания не будет, раз уж моя дочь за тебя вступилась. Но ты должна назвать имена тех двух мерзавок, что поднесли тебе вино. Кража хозяйского вина и доведение малолетней служанки до такого состояния — серьезный проступок.

Сяо Лань, все еще всхлипывая, подняла на него свои огромные, полные слез глаза.

— Это… это были Мэй-цзе и Фэн-цзе, — прошептала она, называя имена двух самых ярых приспешниц Ли Цзяо. — Они… они сказали, что я должна попробовать, что это честь для меня…

Я посмотрела на сестру. Ее лицо исказила гримаса бешенства. Она знала. Она знала, что и я все знаю. Ведь Ли Ся меня отвела в павильон. И она знала, что в этой битве я одержала полную и безоговорочную победу. Она не могла ничего сказать, не выдав себя. Ей оставалось лишь смотреть, как разворачивается этот фарс, в котором ее приспешники пострадают.

Отец отдал тихий приказ старшему евнуху. Вскоре двух перепуганных девушек вывели из дома. Их ждала незавидная участь — позорное изгнание из поместья и, вероятно, битье палками. Я не чувствовала к ним ни капли жалости. Они били Сяо Лань, угрожали ей. И я больше жалела, что не могу побить их сама.

Праздник, естественно, был безнадежно испорчен. Гости, насытившись зрелищем, начали расходиться, перешептываясь и бросая на нас любопытные взгляды. Но теперь эти взгляды были лишены осуждения ко мне, скорее все ругали Ван Яньси, что наняла плохих служанок и не держит поместье твердой рукой.

У меня не было ни мгновения, чтобы подойти к Сюй Цзе или Чжоу Юю, поблагодарить их за помощь. Отец, взяв меня под руку с непривычной нежностью, повел к дому, что-то бормоча о том, что мне нужно отдохнуть. Ван Яньси и мои сестры шли позади, и я чувствовала на своей спине их ненавидящие взгляды, жгущие как раскаленные угли.