Книга Под одним небом две судьбы, страница 32 – Мия Соул

Ко мне подошла одна из самых старших узниц, та, что когда-то тайком подкармливала Ли Цзянь хлебом.

— Ли Цзянь, дитя мое, — сказала она, и ее глаза сияли от счастья. — Представляешь, нас выдают замуж. Генерал уже нашел нам женихов.

Я почувствовала, как у меня подкашиваются ноги. Замуж? Как скот на рынке? Моя современная часть восстала против этого.

— Замуж? — переспросила я, пытаясь скрыть ужас в голосе. — Но… вы же этого хотите?

— Хотим, еще как хотим, — она рассмеялась. — Нас выдают за стражников генерала. Это же огромная честь. Они люди благородные, с положением, с жалованьем. После того ада… это просто подарок богов. Мы будем женами, у нас будут свои дома, дети… мы будем свободны.

Она обняла меня, а я стояла, ошеломленная, глядя на сияющие лица женщин. Они были счастливы. Искренне, безудержно счастливы. Для них это был не акт унижения, а спасение. Билет в нормальную жизнь. В их мире это был лучший, единственно возможный исход.

Я обошла лагерь, прощаясь. Когда пришло время уезжать, ко мне подошла Сяо Лань. Ее лицо было серьезным.

— Госпожа, я все обдумала. Я не останусь здесь. Я не хочу выходить замуж. Мое место с вами. Вы позволите мне быть вашей служанкой? По-настоящему. Я буду охранять ваш покой, буду вашими руками и ногами. Я ведь давала клятву.

Я посмотрела на ее решительное лицо, на преданные глаза. Она была еще ребенком, но в ее взгляде читалась стальная воля. Интуиция подсказывала, что если я откажу, будет гораздо хуже.

— Хорошо, — улыбнулась ей, кладя руку ей на плечо. — Но напоминаю, не служанкой, а подругой и компаньонкой. Если я буду тебя третировать, тебе позволено сказать, что я веду себя жестоко.

Сяо Лань поморщилась. Чувствую, она никогда об этом не скажет.

Мы вернулись к повозке генерала. Это был уже не простой закрытый фургон, а более вместительная и удобная кибитка, запряженная парой крепких лошадей. Сюй Цзе ждал нас, опираясь на колесо. Он что-то говорил одному из воинов, но увидев нас, кивнул.

— Готова? — спросил он просто.

— Готова, — ответила я.

Сяо Лань помогла мне подняться, а затем вскарабкалась следом. За ней в повозку забрался и генерал.

Внутри было прохладно и пахло кожей и свежим сеном. Раздался щелчок кнута, повозка дрогнула и тронулась с места. Я откинула полог и выглянула наружу. Лагерь с его счастливыми обитательницами остался позади, уступая место бескрайним зеленым полям. Впереди лежала дорога в столицу, а Сюй Цзе обещался вернуть меня в собственную семью.

Пыльная дорога, укатанная бесчисленными телегами и копытами армейских коней, тянулась через бескрайние рисовые поля, упираясь в подножие синеющих на горизонте холмов. Путешествие в кибитке генерала, несмотря на относительный комфорт, было утомительным.

Дни сливались в череду однообразных пейзажей, ночных привалов под звездами и тихих, натянутых бесед с Сюй Цзе во время коротких привалов. Он не докучал мне расспросами, но я чувствовала его изучающий взгляд на себе постоянно. Он как будто составлял каталог моих привычек, реакций, знаний.

Я же, в свою очередь, училась читать едва уловимые изменения в его каменном лице. Легкое сужение глаз означало недовольство, едва заметный наклон головы — интерес, а неподвижность всего тела — готовность к мгновенному действию.