Онлайн книга «Божьим промыслом. Кинжалы и вексели»
|
«Ох, как же она глупа! — сокрушается про себя генерал. — Люди с дороги, хоть предложила бы им что-нибудь поесть. Нет, она будет ручками взмахивать, да на мужа жаловаться!» А впрочем, может и хорошо было, что его жена, по бестолковости своей, ничего гостям не предложила, Волков не хотел, чтобы они тут задерживались. У него была масса своих дел. — Какое же счастие, что вы ко мне заехали господа, — продолжает госпожа Эшбахт, — не будь вас, так я бы и не узнала, что нас приглашают. Слава богу, что господа торопились, и стали уже прощаться, иначе генерал и додуматься не мог, что бы его жена ещё им наговорила от великого спустившегося на неё счастия. Он проводил их до переправы, и там в Амбарах передал господина барона и господина графа «на руки» полковнику Ульфредсену, который при появлении процессии видно перекрестился. А Волков дождался пока граф сядет в лодку, помахал ему рукой и наконец вздохнул спокойно: «С одним сиятельным закончено. Остался ещё один!» Едва вернулся домой, как баронесса и начала: — Это хорошо, что они заехали к нам! Не будь их… — Я уже слышал: я бы ничего не сказал вам о приглашении на свадьбу, — догадался генерал. — Да, не сказали бы. — Ну, так я вам и сейчас скажу, что мы на неё не поедем! И тут жена, вперив на него взор замерла в непонимании и удивлении: да как же не поедем? А генерал сев за стол, и говорит: — Мария, в этом доме есть какая-то еда? И пока ему собирали стол, Элеонора Августа пришла после удивления в себя, присела с мужем рядом и говорит: — Да как же так не поедем, если нас сам курфюрст приглашал, и граф Сигизмунд тоже? Супруг смотрит на эту женщину, и ему, честно говоря, очень не хочется, чтобы её видела маркграфиня Оливия. Он не может себе объяснить это своё нежелание. Барон как будто стыдиться своей жены. Оливия женщина страстная, необыкновенно притягательная, красивая и неглупая. И совсем иное дело его… данная Господом жена. Нет, маркграфиня ещё и посмеётся над такой. Нет, он точно не хочет ехать с баронессой на свадьбу в Швацц. И тогда он спрашивает у жены: — Госпожа моя, а чего вы больше хотите: быстрее переехать в замок и давать там балы, или съездить на свадьбу графа в Винцлау? — А причём здесь свадьба и переезд? — искренне не понимает Элеонора Августа. — Уж не вижу я, зачем вы всё то сплетаете воедино? — А затем и сплетаю, что поездка в Винцлау стоить будет отнюдь недёшево. — Замечает ей супруг. — Ой, вы опять про эти деньги свои?! — почти возмущается баронесса. — И много ли тех денег надо будет? — Да, я опять про деньги, — спокойно говорит ей генерал. — И денег тех надо будет много. Там и подарок надобен новобрачным, а это всё-таки маркграфы сочетаются с герцогами, им серебряных ложек мало будет. Опять же, платья вам новые, да сама поездка, да охрана нужна будет. Она смотрит на него чуть раздражённо: ну, на платья и подарки баронесса была согласна, это она понимала, но охрана… — Какая ещё охрана? Зачем нам на свадьбе охрана? Волков только рукой махнул: «Кому я это всё объясняю?» Он берёт кружку с пивом, которую Мария только что поставила перед ним. *⠀ *⠀ * Когда уже дело шло к ночи, Сыч наконец явился: — Что случилось, экселенц? — Завтра надо нам быть в Малене, собери людей. Человек шесть. — А что за дело? — Сыч без приглашения уселся рядом с господином. |