Книга Буратино. Правда и вымысел…, страница 16 – Борис Конофальский

— Вижу, — Карло встал со стула, — вижу я, что вы не только вор, синьор мастер, а ещё и упрямец, и мало вас держали в тюрьме, я бы вас туда на год упёк бы.

— Но, помилуйте…

— Не сметь меня перебивать! — заорал шарманщик. — Подлый карбонарий и вор. Я про тебя всё знаю, я тебя выведу на чистую воду, я всем расскажу, что ты вообще, может быть, даже и бомбист.

— Помилуй Бог, — синьор Антонио перекрестился, — что вы такое говорите⁈

— Да-да, бомбист, и, может быть, вы тут не табуретки делаете, а бомбы. Вот это что? — Карло ткнул пальцем в великолепное полено, лежащее в ореоле золотистых стружек на столе мастера. — Что это?

— Помилуй Бог, — мастер был еле жив от страха, — синьор Карло, это же обыкновенное полено.

— Полено? — заорал шарманщик. — Полено? А не вы ли, мастер Антонио, в позапрошлом году кинули бомбу в карету полицмейстера города Болле? А? Или, может быть, вы никогда не слышали об этом? Не слышали, как убили честнейшего из полицейских?

— Да что вы, что вы, — столяр схватил полено со стола и двинулся к Карло, — вот глядите, это обыкновенное полено.

— Стой на месте, негодяй, не двигайся, якобинец. Я не позволю себя убить каким-то дурацким поленом, — продолжал орать Джеппетто, — даже во имя вашей поганой революции.

— Да я не имел ничего такого и в мыслях, — Антонио стал даже заикаться, — я просто хотел показать вам это полено. Оно, — он постучал по нему костяшками пальцев, — абсолютно обыкновенное, только из очень хорошего дерева.

— А зачем тебе это полено? — прищурившись, и с большой долей подозрения спросил Карло.

— Судебный исполнитель Кротти просил выточить ему ножку для стола. У него очень большой стол и нужна очень хорошая ножка.

— Это что же, подлец, ты хочешь запугать меня своими высокими покровителями? Даже и не думай. Я выведу на чистую воду и тебя, и твоего Кротти, и всю вашу шайку. Как гражданин и патриот я не позволю… Не позволю! — у Карло во рту всё пересохло, ему очень хотелось выпить, поэтому он не сообразил, чего именно он не позволит, и продолжил: — В общем, не позволю, так и передай этому негодяю Кротти.

Столяр был близок к обмороку, его руки дрожали, едва удерживая полено.

— Может, мы не будем ссориться и что-нибудь выпьем? — предложил он, нетвёрдо стоя на ногах. — По маленькому стаканчику винца.

— Экий вы всё-таки подлец, синьор сосед, если думаете, что настоящего патриота можно купить маленьким стаканчиком вина.

— Ещё у меня есть один сольдо, — уже с некоторой надеждой вспомнил столяр.

— Один сольдо? Пора бы вам знать, синьор Антонио, что меня не купишь за один сольдо и даже за два.

— Но у меня больше нет, — произнёс Антонио так искренне, что Карло поверил.

— Вот такие негодяи, как вы, сосед, и пользуются бедственным положением народа, чтобы творить свои злодеяния. Давайте сюда свой сольдо. Я беру его у вас в долг, и только потому, что падаю от голода. И вино давайте.

Мастер поспешил выполнить все требования шарманщика, и уже через минуту Карло сжимал почти полную бутылку вина, а в его кармане куртки лежал один сольдо. Прямо здесь же Карло начал пить вино и, выпив треть бутылки, произнёс:

— Кстати, и полено давайте сюда, я проверю, не бомба ли это.

— Возьмите, — грустно сказал мастер, отдавая полено.

— И запомните, — Карло забрал деревяшку и погрозил мастеру горлышком бутылки, — и передайте своим: никаких бомб в нашем квартале. Запомнили?